– Он попросил, а не просто взял и сделал кийу вольвенами?
– Он мог. Ведь он король богов. Но он ясно дал понять, что это соглашение – не служение, а партнерство между кийу и божествами. Не может быть равенства, если нет выбора.
Он был прав.
– Интересно, почему об этом партнерстве просил Никтос? Потому что он единственный бог, способный создавать жизнь? Полагаю, что даровать человеческий облик – это все равно что создать новую жизнь. Или потому что он король богов?
– Возможно, по всем этим причинам, но еще и потому, что он – один из немногих богов, которые способны менять облик.
– Что? – Я этого не знала.
Киеран кивнул.
– Он мог принимать облик волка – белого. Ты мало что видела в Атлантии, но тебе еще доведется увидеть множество изображений и статуй Никтоса. Рядом или позади него часто изображают волка. Когда волк позади, он символизирует облик, который может принимать Никтос, а когда волк рядом, он представляет собой то предложение, сделанное стае кийу.
Я поняла это, но мои мысли двигались в определенном направлении.
– И тем не менее я не могу превращаться.
– Ты в самом деле на этом зациклилась?
– Может быть, – буркнула я. – Как бы там ни было… кто-нибудь из кийу отказался?
Киеран кивнул.
– Некоторые отказались, потому что не доверяли богу, а другие хотели оставаться какими были. Те, которые приняли предложение, получили облик смертных и стали вольвенами. Мы появились здесь раньше атлантианцев.
Это заставило меня задуматься, почему страной правят не вольвены, учитывая что они считаются равными первичным атлантианцам и божествам.
Есть ли у других вольвенов власть, как у Джаспера? Как… была у Аластира?
– Хотел ли когда-нибудь вольвен править Атлантией?
– Уверен, некоторые желали власти, но в нас остался стайный инстинкт наших предков. Мы по сей день предпочитаем заботиться о наших стаях. Королевство – не стая, но среди вольвенов есть несколько лордов и леди, которые управляют небольшими городами и селениями.
Он улегся на бок, опершись на локоть так, что мы оказались лицом к лицу.
– Лорды и леди в Атлантии часто владеют землями или занимаются коммерцией. Не все они происходят из первичной линии. Среди них есть вольвены, есть наполовину смертные, а также перевертыши. Они помогают править королю с королевой. У нас нет герцогов и герцогинь, а титулы не обязательно остаются в семье. Если земля или предприятие продаются, вместе с ними переходит титул и вся ответственность.
