Хотя дядя Казя был вроде как беженец и жил теперь в Томске временно, на птичьих правах, но надо было уважить польский народ."
"Конечно, не обошлось без выпивки, Войлочная заимка — место красивое, здесь маленькие домишки теряются в деревьях и кустарниках, речка, овраги и холмы придают округе живописный вид. Воры наслаждались общением, хвастовством, рассказами о разных хитрых делах и случаях. Играли в карты по-крупному. С речью ко всем обратился дядя Петра из Одессы, он, между прочим, сказал:
— Каждый, кто ворует, должен устремляться стать честным вором.
Ге! Это, как говорят у нас в Одессе, просто, как баклажан! Честный вор никогда мешки грузить у порту не станет и лопату в руки не возьмет. Честный вор не променяет нашу воровскую малину ни на какую маруху, не прилипнет к ее тыльному месту по гроб жизни. Честный вор, если проиграет в карты, обязательно заплатит или пусть хоть утопится у Черному мори! Да что я вам тут долго буду балакать? На меня гляньте — и вы увидите того честного вора! Все!
В эту зиму афиши на круглых тумбах и газетные объявления приглашали томичей в общественное собрание на концерты знаменитого солиста императорских театров Владимира Касторского.
Многие воры тоже пожелали услышать знаменитый «бархатный» бас. Скупиться не стали, купили втридорога места в центре второго и третьего ряда, где обычно сидит местная знать.
Сначала выступил Николай Морозов — писатель, поэт, астроном, народоволец-бомбист, отсидевший в крепости двадцать лет, большой друг Потанина.
О его жизненном и творческом пути рассказал сам великий сибирский просветитель.
Потанин стоял на сцене уверенно, непринужденно. Костюм самый простой, брюки не глажены, воротник пиджака задрался. На голове — колтун, бородка — клинышком, широкий нос, маленькие глаза — за круглыми очечками в простой оправе. Однако же аудиторией овладел мгновенно. Гадалов, Попов, Смирнов, Голованов, Валгусов и другие богатеи смотрели на него с некоторым недоумением. Странный человек.
Из казаков, а по службе далеко не вышел. По степям и горам зачем-то лазил, а золотишка вроде не нашел. Денег не накопил. Бунтовал. А в городе его многие уважают. За что?
Когда Григорий Николаевич сказал, что недавно Морозова избрали профессором Томского технологического института, сидевшие в зале воры бурно зааплодировали. Дескать, этот человек тоже сидел в тюрьме, значит, он нам сродни!
Григорий Николаевич сошел со сцены в зал, сел в первом ряду.
