Ройс тихо посмеивается, сидя на своем месте, и смотрит мимо меня, жестом приказывая парню с другой стороны пересесть на несколько парт назад, что тот делает без вопросов, и Виктория опускается на его место.
Она хмуро смотрит:
– Ты начинаешь диктовать свои правила, даже не говоря ни слова.
– Да пошла ты, – бросаю я в ответ. – О чем ты вообще?
– Похоже, я теперь буду на всех ваших занятиях, знаешь, в качестве дополнительной пары глаз. Взрослая девочка, и тебе нужна няня? – язвит она.
Я не могу не улыбнуться этому:
– Я всегда была проблемным ребенком.
Она фыркает, но это больше похоже на смех, достает свой блокнот, тут же отворачивается от меня и сосредотачивается на словах учителя.
Я оглядываюсь на Ройса, который поднимает руки.
– Предосторожность, Рэй-Рэй.
Предосторожность, верно.
Они уже знают, что она не выдаст меня, даже если они попросят ее об этом. Это не в ее правилах, как забивать на проблемы – не в моих. Я думаю, они хотят быть уверены, что рядом со мной будет кто-то для поддержки в любое время на случай, если они куда-нибудь уедут.
Кто-то, кто прибежит к ним, если понадобится, как она и сделала, когда Коллинз напал на меня в ванной."
"– Ты мой партнер по походам в туалет? – я шепчу ей, и она бросает раздраженный взгляд в мою сторону.
– Очевидно, да, но не в первый день в этом классе. Я не могу позволить себе провалиться. Подержи свои гребаные кулаки еще двадцать минут, и мы сможем заняться тем дерьмом, которым ты хочешь, на физкультуре, или в комнате для самостоятельных занятий, или… типа того.
Я откидываюсь на спинку стула, удовлетворенная, и подмигиваю Ройсу, когда он оборачивается на наш шепот.
Она понимает меня.
Глава 8
Мэддок
Рэйвен прикрывает либо Ройс, либо Виктория, а Кэп только что пошел на урок. Это дает мне целых тридцать минут, чтобы попытаться продвинуться вперед, понять хоть какой-то смысл того, что должно произойти.
Я проскальзываю внутрь, хлопая дверью, и он поднимает голову.
Он вскакивает на ноги с сердитым взглядом.
– Что, черт возьми, ты делаешь?
Его тон суров, но взгляд скользит за мое плечо, он хочет убедиться, что только один из нас прошел внутрь – как будто одного, черт возьми, недостаточно, – а потом смотрит на меня.
Он никуда не выйдет. Он заперт здесь, со мной, пока я не решу его выпустить.
– Итак, ты был на пути к тому, чтобы стать Брейшо, да? – Я изучаю его. – И все же твой брат стал Грейвеном.
– Я не Грейвен, – медленно произносит он.
