Входная дверь скрипит, и мой взгляд перемещается к крыльцу.
Бас выходит, угрюмо глядя на меня, идет мимо, и через полминуты машина отъезжает.
Как раз в тот момент, когда я опускаю голову, в поле зрения появляется еще одна пара ног.
– Ты идиот, ты это знаешь.
Я вскидываю голову, широко раскрыв глаза, когда вижу Кэптена, стоящего там с жестким взглядом.
– Открой глаза, Мэддок.
– Мои глаза открыты, Кэп. – Я вскидываю руки. – Я принимаю то, что есть.
– Забыв, кто мы такие, – рычит он.
– Что это вообще значит, брат?
– Если тебе нужно спрашивать, может быть, это и к лучшему.
– Он делает шаг ко мне, Ройс за его спиной. – Я просил тебя доверять мне. Ты сказал, что доверяешь.
– Думаю, я не предусмотрел, что ты будешь так готов и рад, не говоря уже о том, что так быстро, но, может быть, я был слеп, брат. Может быть, я все это время предвидел. Вот почему ты не поцеловал ее в домике? Боялся, что не сможешь отпустить, как только попробуешь?
Его правый хук попадает мне в лицо, и моя голова откидывается в сторону, кровь течет из губы, но я даже не морщусь.
Я знаю, что это причинило ему больше боли, чем мне, он даже еще не должен был выписываться из больницы.
Он проносится мимо меня, толкая тем же плечом, в которое его ранили, даже не поморщившись.
Ройс в мгновение ока останавливается передо мной.
– Я должен выбить тебе зубы, – выдавливает он, но затем его глаза опускаются, и он отводит взгляд.
– Дерзай, брат. – Я сплевываю кровь на землю, но вместо этого она попадает мне на ботинки. – Держу пари, что сейчас самое время.
Его челюсть дрожит, и он смотрит вслед Кэптену, но шипит мне:
– Зачем соглашаться вернуться, если ты планировал забыть все, за что мы боремся?
С этими словами он уходит, и в следующую секунду меня окутывает рев двигателя и пыль от стертых шин.
Я опускаю голову на руки и сажусь на ступеньки крыльца.
– Ты знаешь, – раздается у меня за спиной, и я опускаю голову, – раньше я думала, что ты самый умный.
Я вздыхаю, вытягиваю ноги и бросаю на нее взгляд через плечо.
– Почему ты все еще здесь?
Она пожимает плечами, отталкиваясь от рамы.
– Мак любит притворяться, что он не мой, когда светит солнце, поэтому мы танцуем этот маленький танец. Он уходит, когда думает, что я сплю, а я притворяюсь, что сплю, чтобы он мог спокойно сбежать.
Мои брови поднимаются в сомнении.
– Ты и Мак?
Она кивает, опускаясь рядом со мной.
– Поверь мне. Никто не потрясен больше меня. Он так далек от моего типажа, по крайней мере, я так думала.
