Я выпустил их, успокаивая магическую силу, поднимавшуюся изнутри.
– Учти, в этих кланах не все поддерживают недовольных, – сказал Аз, пытаясь смягчить удар. Только не с таким каменным лицом! – Это общие цифры с указанием мест, где замечено недовольство, а не скопления недовольных.
Исполосованный шрамами палец Аза ткнул в один лагерь.
– Вот здесь всего две женщины подливают яду в рассказы о войне. Одна – вдова, вторая – мать погибшего солдата.
– Дыма без огня не бывает, – возразил я.
Азриель вперился в карту.
Я ему не мешал, зная, что он заговорит не раньше, чем будет готов. Мальчишками мы с Кассианом часами дубасили Аза, пытаясь заставить его сказать хоть слово. Не было случая, чтобы он нам уступил.
– Иллирианцы – кучи дерьма.
Над плечами Аза клубились тени. Их шлейф накрывал ему спину, упираясь в толстый красный ковер.
– Они с детства обучаются воинскому ремеслу. Мечтают о настоящих сражениях. Понимают, что не все возвращаются с войны. Но когда кто-то гибнет, семьи выставляют нас злодеями.
Если бы не мы, их муж или сын был бы жив. Спрашивается, почему?
– Родных можно понять. Их потери невосполнимы, – осторожно сказал я.
Азриель досадливо махнул рукой. Сифон на запястье ярко вспыхнул.
– Лицемеры – вот они кто.
– И что ты предлагаешь? Распустить крупнейшую армию Притиании?
Аз молча смотрел на меня. Я выдерживал его взгляд: жесткий, ледяной, порой вызывающий неподдельный страх. Несколько веков назад Аз расправился со сводными братьями. Я видел это своими глазами. И потом вспоминал.
Не саму расправу, хотя она была совершенно заслуженной. Такие издевательства не прощают.
Меня пугала ледяная пропасть, в которую погружался Аз. Воспоминания о ней иногда поднимались из глубин памяти.
Вот и сейчас его глаза подернулись инеем. Мой ответ был спокойным, но не оставлял места для споров.
– Я не собираюсь распускать отряды иллирианцев. Им некуда деться. А если попытаемся прогнать их с гор, вместо очагов недовольства получим пожар войны.
Аз молчал.
– У нас есть заботы посерьезнее, – продолжал я, указывая на континент, занимавший достаточное пространство карты.
– Человеческие королевы так и не вернулись в пределы своих королевств. Они до сих пор в общем дворце. Это одна забота. Вторая: население Сонного королевства отнюдь не в восторге от проигранной войны. Стены больше нет. Кто поручится, что другие фэйские государства не попытаются завладеть землями людей? Установившийся мир хрупок.
– Знаю, – нарушил молчание Аз.
