И потом, зачем бросать тень на праздничное веселье?
Мор знала, какие мнения услышит. Азриель скажет: «Нет», – поскольку он всегда заботился о ее безопасности. Кассиан с Амреной скажут: «Да». Фейру новость встревожит, но и она согласится с важностью миссии. И все закончится тем, что обиженный Аз еще больше замкнется в себе.
Мор не хотелось лишать его радости в праздничный вечер. Он и так достаточно от нее натерпелся.
Но ей все равно придется сообщить о принятом решении, каким бы оно ни было.
Эллия прижала уши.
Мор насторожилась, повернувшись туда, куда смотрела лошадь.
Слева виднелась рощица, издали казавшаяся совсем маленькой.
– Успокойся, – сказала Мор, почесывая Эллию за ушами. – Ничего там нет.
Даже в здешних лесах иногда появлялось древнее зло. Но сейчас Мор ничего не чуяла и не видела. Нить магической силы, отправленной ею на разведку, обнаружила лишь птиц и мелкое зверье. Где-то молодой олень жадно пил воду, пробив копытом лед на речушке.
Ничего, кроме… Там, между колючими кустарниками… Полоска тьмы.
Полоска не шевелилась. Просто наблюдала.
В этой полоске было что-то знакомое и в то же время чуждое.
Интуиция шепнула Мор: не приближаться к странной полоске и ни в коем случае не дотрагиваться.
Мор подчинилась, но продолжала разглядывать тьму среди кустарников, словно туда опустилась тень и заснула.
Эта тень отличалась от переплетающихся, шепчущих теней Азриеля. Нечто иное, наблюдающее за ней.
Мор решила не искушать судьбу. Особенно когда ее ждал жарко пылающий очаг и бокал вина.
– Вернемся короткой дорогой, – сказала она Эллии, потрепав лошадь по шее.
Эллия не нуждалась в дальнейших уговорах и галопом понеслась прочь от деревьев и теней, умеющих смотреть.
Они поднимались на холмы, спускались в ложбины, оставляя опасную рощицу за плотной стеной тумана.
Мысли Мор опять вернулись к миссии. Она попадет в такие места, где никто из посланцев Двора ночи не бывал сотни, а то и тысячи лет. Что она там увидит?
Вопрос слышался ей в каждом ударе копыт Эллии, в журчании ручья, в шелесте ветра.
И оттуда же приходил ответ. Камни, деревья и серые небеса над головой твердили: «В путь. В путь».
Глава 25
Фейра
Через два дня я стояла в дверях мастерской Пиланы. Язык не поворачивался назвать ее заброшенной. С окон сняли доски, со стен обмели паутину. В большом, просторном помещении было чисто, но пусто.
Так меня застала Рессина, вышедшая из своей мастерской.
– С праздником, госпожа Фейра, – сказала она, улыбаясь во весь рот.
