Не в силах оторвать взгляд от женщин, я смотрела, как они протягивают руки мужчинам и помогают им подняться на ноги.
– Они последние в своей кровной линии, потомки многих поколений воинов, и они будут защищать Атлантию до последнего вздоха.
– И все Хранительницы – женщины?
– Да.
Хранительницы и мужчины заметили нас. Высокая блондинка вышла вперед, прижимая к сердцу кулак. Другие женщины повторили этот жест, а мужчины поклонились в пояс. Кастил приветствовал их, тоже прижав кулак к сердцу.
Затем он направил наших лошадей вдоль края поля, и я была благодарна, что он ведет и Молли.
Я пребывала в полном восхищении, не в силах отвести взгляд от воительниц, которые возвращали мужчинам оружие. Я не верила своим глазам. Я выросла в обществе, где женщинам не разрешалось держать в руках ничего острее вязальной спицы, и была поражена. Одна из женщин показывала мужчине, как лучше держать меч, а я завороженно наблюдала.
– Они их обучают, правда?
– Да. Хранительницы всегда обучали наших воинов, и здесь, и за горами Скотос.
– Значит, есть еще?
Я наблюдала за тем, как из павильона выбежал вольвен с черно-белой шерстью и бросился к блондинке. Он был ей почти по грудь."
"– Их осталось около двух сотен, – сказал он, а Хранительница улыбнулась вольвену. – Но каждая равна двадцати обученным воинам.
Я наконец отвела от них восторженный взгляд.
– У них есть… особые способности благодаря их линии?
– В этой линии рождаются только женщины. Силой и неуязвимостью они подобны первичным, но им не нужна кровь.
– А другие воинские линии еще живы? – спросила я, когда мы вступили в лес с другой стороны поляны.
Кастил покачал головой.
– Остались только они. – Он помолчал. – Не считая тебя.
Не считая меня.
Было странно это слышать. Знать, что я происхожу из рода воинов.
– Может, я не единственная, – сказала я. Кастил смотрел вперед. – Знаю, маловероятно, что Йен – мой полнородный брат, но это не означает, что нет других, о которых не знает никто, в том числе Вознесшиеся.
– Это так, но я сильно сомневаюсь, что кто-то из них до сих пор остался незамеченным.
– Он проследил за воробьем, перелетевшим через дорогу. – Это наводит меня на мысль о первой Деве – если она существовала – и о том, сколько еще было полукровок, о которых мы никогда не узнаем. А еще я вспоминаю свой плен у Вознесшихся. Они всегда приводили ко мне для кормления смертных с атлантианской кровью.
Я удержалась от того, чтобы потянуться к нему чутьем, уже зная, что я обнаружу.
