– Как ты думаешь, когда мы уедем?
– Если Элайдже удалось отправить первую группу на следующий день после нашего отъезда, они прибудут сюда в лучшем случае через два дня. Поскольку их группа больше, они не смогут ехать так быстро, как мы. – Он вытер салфеткой жир с пальцев. – Но отсюда до гор полдня пути верхом, поэтому мы доберемся туда к полудню и сможем до наступления ночи добраться до вершины хребта. И тогда окажемся в Атлантии.
У меня екнуло сердце. Я не думала, что мы так близко к негласной границе.
– Вот так просто?
Он слегка улыбнулся, а молодой человек со светло-каштановыми волосами склонил голову к женщине и что-то прошептал.
– Вот так просто, – подтвердил Киеран.
Я откинулась на спинку стула и стала рассматривать людей. Их позы кажутся ужасно напряженными. Прикусила губу и открыла чутье. И сразу об этом пожалела, когда на меня хлынули горькие и кислые эмоции. Недоверие и неприязнь можно легко спутать, но в некоторых случаях они сопутствуют друг другу. Как сейчас.
Должно быть, они знают, кто я.
Это единственная причина таких эмоций.
– Ты молчаливее, чем я ожидал, – заметил Киеран.
Я закрыла чутье и пожала плечами.
– Я задумалась.
Это не вполне ложь. Во время завтрака я много размышляла.
– Чудесно.
Я бросила на него косой взгляд.
– Кстати, в этом ты виноват.
– Наверное, мне стоило держать рот на замке.
– Надо было.
– Но я не стал.
– Нет. – Я вздохнула и взяла салфетку. – Где он?
– Кто?
Я склонила набок голову.
– Как будто ты не знаешь.
– Я много кого знаю.
– Не притворяйся, – прошептала я. – Где Кастил? Он?..
– Что – он? – тихо спросил он, не дождавшись продолжения.
– Что, если он не в порядке? – Я сверлила его взглядом. – Что, если он ближе к грани, чем ты думаешь, бродит где-то и кормится… случайными людьми.
– Я не так давно тебя знаю, – Киеран покачал головой, и мне показалось, что он пытается набраться терпения, – но меня порой тревожат твои фантазии.
– Думаю, это беспокойство обоснованно, – проворчала я.
– Полагаю, он остывает, приводит себя в порядок и разговаривает с людьми.
– Киеран искоса глянул на меня. – Ты признала, что беспокоишься о нем и интересуешься его благополучием. Я рад.
Мне хотелось все отрицать, но это было бы очевидной ложью. Киеран это знает. Я это знаю. И в этот момент я ненавижу всех, особенно Киерана.
Тут же мне кое-что пришло в голову, и я с малодушным ужасом обдумала эту мысль. Я понятия не имею, что скажу Кастилу о сегодняшнем утре. И вообще о чувствах.
