– А ее ребенок? Ее сын?
Лорд Чейни просто улыбнулся и не дал никаких объяснений. Ничего. При виде того, как нечеловечески холодно изогнулись его губы, в моей груди туго затянулся узел страха. Неужели он что-то сделал с ребенком? Я на мгновение закрыла глаза, отказываясь думать о худшем – не из наивности, а потому что не в силах постичь, как можно улыбаться, причинив вред младенцу. Но ведь были и другие дети, в их числе такие же маленькие, которых отдавали в храмы во время Ритуала. Не без причины их больше никто не видел, и их участь не имеет ничего общего со служением богам.
– А тот мальчик? – Я открыла глаза. – Может, его родители – Последователи, но он – всего лишь ребенок.
– Он остался в крепости.
Эта новость принесла лишь небольшое облегчение, но я ухватилась за него. Хоть за что-то, чтобы сдержать тошноту и сохранять на лице безмятежное выражение. Выражение слепого, безоговорочного доверия, пока он наблюдает за мной, а я… наблюдаю за ним.
Лорд Чейни считался красивым мужчиной. Я подслушала, как о нем говорили леди-в-ожидании – вторые дочери, отданные ко двору Вознесшихся.
Но я не помню, чтобы он был таким бледным. Его кожа совершенно лишилась цвета, и сквозь нее просвечивали голубые вены.
– С вами… все хорошо? – поинтересовалась я. – Рана кажется… довольно серьезной.
– Она и есть… очень серьезная. – Он продолжал массировать грудь. Морщины вокруг рта углубились. Он разомкнул губы. – Пенеллаф?
Я дернулась при звуке своего имени.
– Да, милорд?
Он по-прежнему не моргал.
С тех пор, как я очнулась, он ни разу не моргнул, и от этого становилось очень не по себе.
– Брось притворяться.
У меня застыла кровь в венах.
– Притворяться?"
"Чейни наклонился ко мне, и я напряглась. Он перестал тереть рану.
– Скажи мне кое-что, Дева. Ты по доброй воле позволила атлантианцу тебя укусить? Может, даже получила удовольствие от запретного кровавого поцелуя? Или он сделал это насильно? Повалил тебя и пил кровь против твоей воли?
Этот проклятый укус.
Я вонзила ногти в ладони.
– Это… это было не по доброй воле.
В черной бездне его глаз заклубилось что-то красное. Прямо как у Жаждущего. Боги.
– Вот как? – спросил он.
Я кивнула.
– Тебя укусил Темный, тем не менее ты сидишь передо мной и не превратилась в Жаждущую. Это должно было тебя поразить.
Боги, я об этом забыла. Как я могла забыть? Вознесшиеся вдалбливали нам, что укусы атлантианцев ядовиты.
– Да, но я ведь Избранная…
– И ты видела нас сегодня во дворе, – перебил он.
