Азриель подхватил ее, словно мешок. Черные волосы девчонки ударялись о его крыло. Взять ее поудобнее и понадежнее он не мог. И тогда Элайна наклонилась и крепко обвила шею девчонки. Ее руки с болтающейся цепью кандалов сделались живой скобой. Я видела это, продолжая свой бег к обрыву.
Наверное, Элайна предчувствовала, что произойдет в ближайшие минуты.
Одна из гончих вдруг оторвалась от Тамлина и прыгнула в мою сторону. Я пригнулась, приготовившись к схватке. Однако тварь направлялась не ко мне. Достигнув кромки утеса, гончая снова прыгнула и…
Азриель буквально взвыл, когда гончая повисла на нем.
Ее когти рвали ему крылья и спину. Черноволосая девчонка завопила от ужаса, а Элайна и здесь не растерялась. Азриелю было нечем отбиваться от гончей. Он изо всех сил старался удержаться в воздухе и не выронить два живых груза. И тогда моя сестра принялась колотить ногами по морде твари, норовя попасть в глаза.
Гончая рычала, не разжимая пасть. Элайна неутомимо молотила босыми ногами по чешуйчатой морде.
Казалось, ее совсем не пугали острые белые зубы.
Уж не знаю, куда именно пришелся очередной удар Элайны, но гончая взвизгнула, разжала когти и камнем рухнула в ущелье.
Все произошло слишком быстро. Из спины и крыльев Азриеля струилась кровь. Но он не потерял высоты. Паутинки голубого света затянули раны на спине и крыльях. Я еще бежала, когда он развернулся в воздухе. Лицо «певца теней» было белым от боли, но Элайну и девчонку он держал крепко.
Азриель смотрел на меня, на мои попытки взлететь.
Впервые за все время нашего знакомства я видела в его глазах неописуемый ужас.
Я взмахнула крыльями. Восходящий поток воздуха подхватил меня. Ноги оторвались от земли и тут же снова очутились на ней. Я споткнулась, но продолжала бежать, хлопая крыльями и крича от боли и напряжения.
Еще одна гончая оторвалась от Тамлина и сумела проскочить к кромке утеса. Когтистые лапы царапали камень. Король все это видел. Я отчетливо слышала его смех.
— Быстрее! — прокричал мне Азриель.
При каждом взмахе с его крыльев разлетались брызги крови. Сквозь дыры в перепонках просвечивало утреннее небо.
— Взлетай!
До кромки оставалось совсем немного. Гончая неслась за мною, громыхая по камням. Я знала: она прыгнет следом. Король был твердо намерен заполучить меня живой или мертвой; даже если я не сумею взлететь, упаду вниз и разобьюсь о торчащие из воды камни. А при такой высоте от меня останется не больше, чем от яйца, сброшенного с башни.
