Я заставила себя улыбнуться Тамлину.
— Со мною ничего плохого не случится, — сказала я, уговаривая его, как ребенка.
Даже взяла его руку и провела большим пальцем по ладони, продолжая глядеть ему в глаза.
— Давай не будем снова вступать на старую дорогу.
Потом я отодвинулась. Тамлин посмотрел на Ласэна и выпустил когти, вцепившись в испещренные бороздами подлокотники кресла.
— Будь осторожен.
Все мы прекрасно понимали: это угроза.
Путь, занимавший два дня, мы проделали за день, чередуя передвижение пешком и перебросы на несколько лиг.
Дагдан не был особо искусен по этой части. Он оказался даже медлительнее, чем я думала. Правда, ему приходилось нести на себе сестру и Юриана.
Мне было некуда торопиться. Переброс хорошо совершать в одиночку, а когда на тебе висит еще кто-то, расход магической силы заметно возрастает. Мы с Ласэном оба несли на себе по дозорному. Парни были сыновьями мелких правителей, учтивыми и наблюдательными. Такой способ передвижения позволял взять с собой лишь самое необходимое.
Ограничения коснулись и числа шатров для ночлега."
"К пролому в стене мы добрались уже затемно. Дозорные принялись ставить шатры. Я изрядно устала и могла лишь наблюдать за их действиями. Впрочем, мой статус и не предполагал какой-либо помощи с моей стороны. За ужином возле костерка молчали все, кроме Юриана. Он расспрашивал дозорных об особенностях их выучки. Близнецы довольно рано удалились к себе в шатер, взяв еду. Они хмуро поглядывали на ломти хлеба с мясом, словно там успели завестись черви.
Юриан заявил, что пойдет прогуляться перед сном.
Дождавшись, когда костерок начнет гаснуть, я забралась в полотняный шатер, рассчитанный на одного. Мы с Ласэном едва втиснулись туда вдвоем. Мы оба понимали, что спать нам придется впритык.
— Уж лучше я лягу прямо на земле, — проворчал Ласэн, хмуро оглядывая стенки шатра.
— Не валяй дурака, — сказала я.
Прежде чем снять сапоги, Ласэн настороженно посмотрел на меня и сказал:
— Ты же знаешь, Тамлин… способен это учуять.
— И занозой у меня в заднице он тоже способен быть, — огрызнулась я, укрываясь походным одеялом.
— Ты сделаешь только хуже, если станешь потворствовать его безумным предположениям и ревности.
Ласэн снял камзол. На этом его раздевание закончилось. Он растянулся на подстилке, положенной рядом с моей.
— Наверное, Тамлин потому и неистовствует, что вы с ним до сих пор… Я угадал?
Его вопрос заставил меня натянуть одеяло до самого подбородка.
— Да. Эта сторона для меня закрыта.
