Место, где она встала, и положение рук — все было точно выверено.
Нечто подобное я видела в день зимнего солнцестояния. Казалось, солнце поднимается между воздетых рук верховной жрицы, наполняя их светом. Послушницы заранее отметили нужное место, положив туда узорчатый камень.
Золотой диск солнца медленно выплыл из-за дальнего холма, готовясь рассеять утреннюю дымку и продолжить путь к синим небесам.
Мир наполнялся ярким, сильным светом. Солнечные лучи казались копьями, пронзающими нас."
"Ианта выгнула спину. Ее тело приняло форму сосуда, куда должен излиться свет самого длинного дня в году.
Лицо верховной жрицы застыло в экстазе благочестия.
Солнце поднялось. Его золотые лучи протянулись по земле.
В толпе зашептались.
Шепот сменился выкриками.
Они были обращены не к Ианте.
Ко мне.
Я, облаченная в белые одежды — воплощение чистоты, — озарилась сиянием дня. Путь солнца пролег не над головой Ианты, а прямо над моей головой.
Никто даже не заметил, что камень верховной жрицы почему-то оказался сдвинутым на несколько локтей вправо.
Все смотрели только на меня. И точно так же никто не почувствовал дуновения легчайшего ветерка, прошелестевшего в траве.
Ианта не сразу отважилась повернуться и увидеть, что на этот раз сила солнца не наполняет и не благословляет ее.
Известные события во дворце правителя Сонного королевства потребовали от меня чрезмерного напряжения магических сил. Конечно, затем они восстановились, но я намеренно держала их под замком, дабы не повредить своим замыслам. Но сейчас я ненадолго сняла замок, и мое тело, освещенное солнцем, засветилось еще и изнутри, словно было прозрачным.
Свет был чистым, как свет дня, как свет звезд.
— Разрушительница проклятия, — шептали в толпе. — Благословенная.
Я прикинулась, будто удивлена, но принимаю выбор, сделанный Котлом. Лицо Тамлина побелело от потрясения. Близнецы не скрывали своего замешательства.
Потом я повернулась к Ласэну. Его металлический глаз отражал свет, изливавшийся на меня. Друг, просящий друга о помощи.
Я протянула ему руку.
У меня за спиной Ианта изо всех сил пыталась примениться к неожиданному повороту ритуала и вернуть себе власть над церемонией. Я чувствовала ее потуги.
Наверное, Ласэн их тоже чувствовал. Он взял мою руку, опустился на колено и прижал мои пальцы ко лбу.
Словно пшеничные колосья под напором ветра, участники празднества тоже встали на колени.
При всей пышности и затейливости церемоний и ритуалов Ианты в них не было ни силы, ни благословения.
