Взгляд Мор сделался сосредоточенным, словно она взвешивала вопрос и свой ответ. Потом Мор моргнула. Ее рот слегка раскрылся. Казалось, она разгадала головоломку, над которой давно билась. Мор отчетливо кивнула. Ласэн молча опустился на стул у окна. Его металлический глаз бешено вращался.
До сих пор один лишь Азриель прислушивался к словам Элайны. Ничего удивительного: ведь он слышал то, чего не слышали другие. Возможно, и он, подобно Элайне, немало перестрадал, прежде чем понял, каким даром обладает.
— Значит, есть еще какая-то королева? — спросил Азриель.
Элайна сощурилась, словно вопрос Азриеля требовал некоего внутреннего уточнения. И не только уточнения. Казалось, вопрос «певца теней» напрямую затрагивал источник ее мучений и терзаний.
— Да, — коротко ответила Элайна.
— Шестая королева, — подсказала Мор. — Золотоволосая говорила, что она вовсе не больна, как утверждали другие королевы…
— И потому, говорила она, нам нельзя им доверять, — добавила я.
Едва я произнесла эти слова… Я испытала то же состояние, когда отходишь от холста и видишь всю картину целиком.
Так и слова: вблизи они были лишены смысла. А издали…
К Несте вернулось ее привычное состояние — стремление оберегать Элайну от всех. Вот и сейчас она была готова прыгнуть и загородить собою сестру.
— Ты похитила силу Котла, — сказала я Несте. — А что, если Котел успел одарить Элайну?
— Что? — спросила побледневшая Неста.
Ласэн тоже побледнел. Он недоумевал не меньше Несты. Но Азриель лишь понимающе кивнул.
— Элайна, ты знала, — сказал он.
— Знала о молодой королеве, превратившейся в старуху.
Элайна моргала. В ее глазах исчезала отрешенность. Понимание… прежде всего наше понимание вывело ее из мрачного, непонятного мира, где она находилась со времен погружения в Котел.
— Шестая королева жива? — спокойно и уверенно спросил Азриель.
Голос «певца теней» был способен наводить ужас на врагов и очаровывать союзников.
Элайна запрокинула голову, вслушиваясь в себя, потом сказала:
— Да.
Ласэн смотрел на нее так, будто впервые увидел настоящую Элайну.
«Наша возможная союзница?» — спросила я по связующей нити. «Сам не знаю, — ответил Риз. — Если остальные королевы ее прокляли…»
— Ты говорила — на ней проклятие, — обратился он к Элайне, даже не закончив мысленного разговора со мной. — Что это за проклятие?
Элайна повернулась в его сторону. Снова заморгала.
— Они ее продали… тьме. Какому-то… правителю-колдуну… — Она покачала головой. — Я его ни разу не видела. Не знаю, как он выглядит.
