Я отчаянно трепыхнулась, но вырваться не смогла, Клавис оказался неожиданно сильным, гораздо сильнее, чем помнила. Точнее, чем я знала. Ведь раньше я и не думала вырываться. Он прикусил мне губу, и поцелуй стал почти болезненным, сдавил меня в объятиях с такой силой, что стало трудно дышать. И я сдалась. Обняла его в ответ, насколько хватало рук, и все время, пока он терзал меня, гладила по волосам, словно мать утешающая разъяренного подростка, который не понимает своей силы.
Спасибо, Клавис. Спасибо за все.
Спасибо за то, что дал мне новую жизнь, и прощай.
Если на мне и был долг, то ты закрыл его обманом и болью.
— Ты ведь вернёшься со мной, да? Или нет, не сейчас, но вернёшься после обучения? Прошу, просто вернись и все будет, как раньше, Эльвира не будет мешать, она знает свое место, она не посмеет…
Его жуткий отчаянный шепот бил в висок. Но едва я разлепила губы, чтобы ответить, он вдруг закрыл мне рот ладонью.
— Невис, подойди! — я даже вздрогнула настолько в одночасье изменился его голос.
Резкий, ледяной, даже с прислугой так разговаривать не принято.
Из темноты коридора показался худощавый подросток, неся на вытянутых руках пресловутый мех белой лисы. Он опустился передо мной на одно колено и потянул мне мех, сверля яростным взглядом.
— Что за неумеха, подай моей наяре дар, как положено, — процедил Клавис, и подросток мгновенно упал на оба колена, послушный, как пес, склонил голову и поднял дар, пряча яростный взгляд за ресницами.
— Кто это?
— Один из наших антов, Невис.
Не обращай на него внимания, просто возьми дар обратно, не отвергай мои чувства.
Ант.
Так вот каково быть антом? Простой вей не носит бриллиантов и бархата, но простой вей не встает на колени, словно раб. От ужаса меня стало подташнивать. Когда-то так поступали и с Рейнхардом? С гордой, сияющей, подобно жемчужине, Альене?
— Возьми, — Клавис схватил мех и почти насильно обернул его вокруг меня, но я словно окаменела, и он соскользнул на мрамор пола. — Возьми, и я осыплю тебя жемчугом, выкуплю для тебя столичный особняк, чтобы ты не ютилась в жалких комнатушках Академии, у тебя будет сотня слуг и сад, как ты любишь…
— Нет.
Отшатнулась, но Клавис ловко перехватил меня за руку. Приблизил лицо настолько, что я ловила его дыхание и сумасшедший блеск глаз.
— Думаешь, он женится на тебе? — зашептал он. — Рейнхард берет в супруги вторую принцессу Империи, а та не позволит наяр. Все, что он наговорил тебе обо мне — ложь, не верь ни единому его слову.
