— Что значит перехватить и как дается имя? И вот насчет перекармливаю… Я просто даю ему свои браслеты и он сам берет из них магию. Я… не умею кормить магических питомцев. У Клависа не было питомца, так что я никогда не видела, как с ним правильно общаться.
Переход от добродушной расслабленности к холоду был таким резким, что его можно было нащупать физически.
Рейнхард словно окаменел. В глазах, которые однажды казались мне летним небом, а в другой раз ледяным озером, сверкнула сталь. Он встал, пренебрежительно разглядывая меня с высоты роста, и зло рассмеялся.
— Нет нужны притворятся передо мной, вейра Клео, я не близкий друг дома Тарвиш, но много общался с Клависом в рамках военных экспедиций. Вы не сможете меня обмануть, как не старайтесь.
Мне вдруг тоже захотелось рассмеяться. Вот что я сделала такого, что люди отказываются верить практически любому моему слову? Точнее, драконы. Я надеялась, что он поможет мне с питомцем, но, видно, придется обращаться в питомник и искать информацию самостоятельно.
— Думайте, что хотите, — сказала я устало. — Но кормить магического питомца я не умею, имя давать тоже. Смысла врать вам я тоже не вижу.
— Клео, — Рейнхард впервые назвал меня по имени, без уважительной приставки, и я невольно дернулась на стульчике. Наклонился вперед, упираясь ладонями в спинку стула. — Понимаете, каждый клан, взявший иномирянку, обязан ввести ее в магическое сообщество в силу редкости ее даров. Им берут лучших учителей, они проходят ускоренную образовательную программу, и питомцев им покупают в обязательном порядке в первый год пребывания в Вальтарте.
Взять иномирянку в клан — это не повинность, это привилегия, поэтому не пытайтесь меня обмануть.
Что?
Я сидела и глупо хлопала глазами.
— И, разумеется, у Клависа есть питомец, — небрежно добил меня Рейнхард. — Я видел его много раз, как и половина Вальтарты. Странно, что его не видела ты.
Я пыталась понять и не могла. Не было питомца! Не было учителей, образовательной программы и ни в какое магическое сообщество меня выводили.
Я и за пределами поместья бывала считанные разы!
Я подняла взгляд на Рейнхарда.
— Но… Но если два года спустя иномирянка не отзывает свое согласие на пребывание в каком-либо клане, то обязана остаться в нем на десять лет… Это же фактическое рабство! О каком образовании и попечении может идти речь?! О каких привилегиях?!
Я замолчала только когда Рейнхард притиснул меня к себе и словно наручниками сковал хваткой мои запястья.
