— Это моя комната, а не ваша гостиная, так что уходите, девочки, а в следующий раз стучитесь, — хмуро сказала я.
Несколько минут назад я ругалась с своим сероглазым спасителем, и ещё не все успела высказалась, так что настроение у меня было боевое. Я съехала с постели, словно по снежной горке и прошла до двери, как была — в казенной сорочке, растрепанная и босиком. Потом распахнула дверь, предлагая жестами гостям убраться.
— Погоди сердиться, — красавица с модной укладкой надавила на дверь, и меня буквально протащило по паркету, вслед за ней.
— Ой, прости… Ты такая изящная, я не часто видела иномирянок. Я Лике, а это Ария и Ливике, мы, как встретились, так сразу и подружились, представляешь?
Учитывая хронологию событий, встретились эти дружелюбные драконицы примерно вчера. Не то, чтобы я не хотела дружить с кем-то, но ведь драконы, кругом драконы, и ни одного нормального человека.
А драконица все щебетала, что у них совсем другое видение комфорта, поэтому они с Арией переместились в одну комнату, а лишнюю сделали учебной залой, а тут как раз я заехала, а это такое счастье! Потому что я переселюсь к Ливике, а этой комнате на роду написано стать гостиной.
Это же для всех, надо понимать. Зато по утрам и вечерам мы будем любоваться тренировками доблестных воинов Академии. Под этот ласковый шум я успела одеться, умыться и даже прибрать постель, надеясь, что драконицы сами разойдутся, но едва я поправила последнюю складку на платье, они тут же взяли меня за руки.
Меня подхватило вихрем разноцветных юбок и пронесло в чью-то комнату в самый темный угол с какой-то кушеткой, который вдруг объявили моим новым пристанищем. На таком же темном столике из вазы свешивался вялый Ливантус, который на языке цветов драконьего мира означал «вы нежелательная персона».
— Я сейчас твои книги перенесу, — ласково сказала Ливике, гигантская кровать которой размещалась в метре от этой кушетки.
Тут я поняла, что мы не подружимся. Такими ласковыми голосами разговаривают только узбеки на рынке, а ласковые драконы противоречат даже собственной мифологии, что уж говорить про реальность.
— Нет.
— Что?
Лике, или как там ее, уже волокла мои вещи, а ее подружка примеривалась к книгам. Обе аж подскочили.
— Я-то хотела по-хорошему, — Лике распрямилась и сделалась чуть не вдвое выше меня, глаза ее блеснули чистой злобой. — Расселились по нашему миру, лезете к нашим мужчинам, а уж про тебя конкретно знает вся Вальтарта.
