Я поймала быстрый смущенный взгляд Арии, и тот осел очередным маленьким ожогом на коже. Быстро она Клависа разлюбила… Хотя не мне ее упрекать, я разлюбила гораздо быстрее.
— Зайдем?
Ария отвлеклась и восхищенно тронула алую портьеру одной из восточных лавок. Ливике, падкая на яркие цвета, схватила меня за руку и потянула в бархатистый сумрак, оживленный сотней плавающих огней.
Внутри было на удивление безлюдно, словно покупатели в упор не видели эту яркую лавчонку. Витрина была всего одна, но зато какая! Длинный стеклянный прилавок стелился вдоль стен, уставленный такими же стеклянными клетками всех видов и форм.
В цветной колбе сидел скарабей, шевеля маленькими лапками, а в розовом прозрачном треугольнике глухо бились хитином о стекло пятнистые златки. Следующая клетка горела зеленым огнём светляков, а в стоящей рядом порхала стеклянная бабочка. Я читала о ней, но никогда не видела вживую, и теперь вглядывалась в слюдяные крылья, обрамленные оранжевой полосой.
— Какой интересный выбор, вейра.
Эта стеклянница зачарована на волшебные фантазии. Стоит только пожелать и вы проведете свой выходной в объятиях горячего красавца в самом прекрасном уголке мира. Или попадете в стану фей, где первый принц подарит вам поцелуй, или…
— Это наркотик или галлюциноген? — уточнила я с сомнением.
Женщина с густо подведенными глазами, закутанная в алую вуаль, возмущенно нахмурилась.
— Почему же сразу наркотик? Если использовать стеклянниц разумно и не слишком часто, зависимости не возникнет!
Ну-ну.
Порочная бабочка игриво трепетала крылышками, а я начинала понимать, почему Вальтарта так боится темной магии. Насколько я знала, все их артефакты, даже составленные из светлой магии, сработаны с применением темной. Как ни горько признавать, но империя магов могла бы помочь мне выжить, я со своей сотней тёмных единиц могла бы быть им полезна. Как же они сумели поселить магию в жучков? Нир Байлок говорил, что сделать артефакт из живого существа невозможно, даже с темным артефактом, но маги смогли.
Да, я могла бы найти свое место на восточном континенте."
"Возможно, стоит здесь что-то купить. Для побега любое средство будет кстати, даже черное, как сама ночь.
— Она чувствует боль? Я слышала, что при попытке сделать артефакт из живого существа, то умирает от болевого шока.
Лавочница с любопытством на меня взглянула.
— Вы увлекаетесь артефакторикой?
— Нет-нет, совсем немного, — запротестовала я, глядя на несчастную бабочку.
