При первых оборотах ощущение, будто на тебе неправильно надетая, тесная одежда, и пока не приноровишься, не нужно экспериментов. Хотя я мечтаю увидеть тебя драконицей, принцесссса. Интересно, какой ты будешь.
— К делу, Нории, — нетерпеливо произнесла Ани, игнорируя мечтательные нотки в голосе дракона.
— Все просто, — Нории взял ее руку, положил на морду смиренно вздыхающей верблюдицы. — Закрой глаза. Почувствуй ее ауру, запомни ее форму. А затем мысленно сверни свое пламя в эту форму, аккуратно, не тороп…
Перед ним стояла вторая белая верблюдица и нетерпеливо фыркала.
Первая поджала уши, взревела и унеслась под навес, высоко вскидывая ноги.
— Что же ты такая быстрая, — укоризненно сказал дракон и погладил Ани по спине. По белым бокам пробежала раздраженная дрожь. — Пройдись, почувствуй свое тело. Если получится — пробегись, но недолго.
Верблюдица сорвалась в галоп и он недовольно покачал головой. Упрямая Рудлог. Все ей нужно сразу.
Бегала долго, подпрыгивала, ложилась на землю, пробовала щипать траву, пить, а он посмеивался, глядя на то, как она серьезно подходит к делу.
Затем вспомнил свое первое обращение — ведь носился так же, чуть не сломал крыло, когда садился.
— Набегалась? — спросил Владыка, оглаживая бока подошедшей верблюдицы — шерсть жесткая, плотная. Та рявкнула, отступила назад. — Теперь просто разверни ауру обратно, убери форму.
Он успел еще увидеть возмущенное лицо принцессы, ослепительно блеснувшее нагое тело, мелькнувшую тяжелую грудь, круглый живот — и закрыл глаза, стянул рубаху через голову, протянул вперед.
— Я забыл, извини. Что оборот практически всегда оставляет без одежды.
— Я это знала, — шурша рубахой, проворчала Ангелина. — Тоже забыла. От чего это зависит?
Нории, не открывая глаз, пожал плечами.
— От таланта, наверное. Я могу скомбинировать одежду обратно, но это сложно. Есть несколько младших драконов, которые легко оборачиваются обратно в одежде, если только не устали. При этом стихия их не сильна.
Ты оделась?
— Да, — сухо ответила первая Рудлог. — Мышцы болят.
— Завтра будет еще хуже, — Нории медленно шагал вдоль ограждения загонов, рассматривал животных, и Ани шла за ним, слушала. — Я говорил — недолго. Тело твое меняется, мышцы работают по-другому, энергии больше потребляется. Надо привыкать понемногу, Ани-лиша. Если к ночи будет не заснуть от боли, пошли за мной, я помогу тебе.
— Справлюсь, — ровно сказала Ангелина.
