Я, видимо, выглядела так нездорово, что бедный помощник Зигфрида, ежедневно отрабатывающий повинность по транспортировке меня в госпиталь и обратно и терпящий мои попытки быть любезной, не выдержал, и на выходе из Зеркала предложил мне тоник для снятия усталости. Он так забавно смущался, что у меня возникло подозрение, что парень ко мне неровно дышит. Наверное, у него развился синдром жертвы.
Но тоник взяла — мало ли что.
— Все готово, госпожа, — почтительно произнесла горничная, принимая у меня сумку.
— Я позову Доминику, как только распорядитесь. Перекусите перед примеркой?
Мария, спасительница моя, целый день сегодня на пару со стилистом обзванивала столичные и заграничные модные дома и требовала привезти наряды нужного цвета и фасона. Метаться по дизайнерским домам времени, увы, не было.
— Мне кофе, Мария, — я направилась в спальню, — я в душ, минут через двадцать приглашай.
Доминика была терпелива, как кошка, ожидающая мышку у норы. Я отвергала одно переливающееся одеяние за другим, вешалка настораживающе пустела, отвергнутые платья сиротливо лежали на креслах, а все было не то.
— Я похожа на куклу, обернутую мятой фольгой, — раздраженно заявила я после примерки очередного шедевра. — Или на курицу в пакете для запекания.
Курицей я была, признаться, худосочной.
— Оно прекрасно на вас смотрится, Ваше Высочество, — деликатно сообщила Доминика. — За ночь портниха укоротит подол…
— И отрежет бант? — я подергала огромный серебряный бант, зачем-то прикрепленный на талии спереди.
"
"«Интересно, для кого это ты так тщательно наряжаешься?»
Я заскрипела зубами.
— Давайте вот это еще попробуем, — поспешно сказала стилист, приняв мое зверское выражение лица на свой счет.
— Сначала — покурю, — я решительно подобрала пышную юбку и направилась к столику с сигаретами. Забралась в кресло с ногами и с удовольствием выдохнула дым, рассматривая платье, которое Доминика держала в руках. Оно было серым, атласным, с деликатным приглушенным блеском.
Строгое, несмотря на открытые плечи и широкую юбку, оно казалось бы слишком скромным, если бы не едва заметная драгоценная пыль, мерцающая серебряными цветами при движении.
— К нему нужно колье, — задумчиво сказала я, сделала еще затяжку, затушила сигарету и поднялась. — Простое, кольцами, до ключиц. Совсем простая полумаска. И длинные серьги. Давайте мерить.
Это было оно. Мое платье.
