Он любил нырять, любил ощущение тишины и покоя под водой, любил плавать у дна лицом вверх, изучая, как меняется пространство по ту сторону водной глади, любил собирать горстями песок с дна глубокой чаши и затем разжимать кулаки, наблюдая, как песчинки золотистой пирамидкой опадают на дно.
В воде он мог побыть играющим мальчишкой и отвлечься от тяжелых мыслей, болезненных воспоминаний и тревог о будущем.
Но свободней всего он чувствовал себя на море, когда мог развернуться в дракона и поиграть в материнских объятьях богини-воды.
Решено. Закончит облет городов и снова отнесет похищенную им принцессу на берег Южного моря. Ему этого хочется, наверное, даже больше, чем ей.
К краю бассейна деликатно подошел его слуга, склонил голову. Из-под воды его силуэт выглядел изломанным и мутным, словно отражающимся в кривом зеркале.
— Что, Зафир? — красноволосый дракон вынырнул с глубины, отбросил рукой волосы с лица.
— Великая сафаиита просит вас присоединиться к ней за завтраком, — несколько недовольно высказался Зафир.
Виданое ли это дело — передавать приказы Владыке! Он так и сказал личной служанке гостьи из-за гор, на что малита высокомерно посоветовала ему не вмешиваться в отношения Владыки и его невесты, потому что госпожа не простая женщина, а великая волшебница, и если Зафир что-то скажет про нее нехорошее, наколдует ему рог на лбу и горб на спине.
Они разошлись, недовольные друг другом, и все же верный слуга смягчил формулировки, переделав приказ в просьбу.
Нории вышел из бассейна, посмотрел на песчаные часы.
Очень удачно.
— Разместили ли прилетевших? — спросил он, окунаясь в купальне в чашу с минеральной водой.
— Да, господин, — Зафир взглядом отослал ожидающих массажистов — ему уже с его опытом было понятно, что Владыке сейчас не до массажа. — К каждому приставлены слуги, господа отдыхают сейчас после перелета в своих покоях.
— Распорядись подготовить к полудню малахитовый зал. Мы будем говорить.
— Будет сделано, господин.
Принцесса ждала его у накрытого стола, пила чай и рассеянно поглядывала в окно.
Увидела его, улыбнулась холодно, сдержанным изящным жестом пригласила присоединиться.
— Ты очень свежо выглядишь, — пророкотал Нории, оглядывая ее розовые щеки, аккуратно собранные волосы, блестящие темные глаза. Ангелина наклонила голову, принимая комплимент. Служанки наливали ему чай, раскладывали по тарелкам холодное мясо и овощи, а он нахмурился — увидел ее исцарапанные руки.
— Выйдите, — сказал он коротко, и женщины поспешно удалились.
