Движения были судорожные, дерганные, за неживыми, противоестественными созданиями оставался толстый слой слизи, задние лапы волочились за телом — но при необходимости ототоны могли оттолкнуться этими лапами и прыгнуть на жертву.
Алину затошнило еще больше. Судя по бледным лицам однокурсников, им лицезрение нежити тоже не доставляло удовольствия.
— Первая группа пошла! Проверить щиты!
С десяток семикурсников, среди которых был и Матвей, двинулись вперед, сверкая щитами, держа шахматный строй, медленно, внимательно.
— Поляков, «Хлопушку» на ближайшую!
Первая тварь вдруг разлетелась ошметками дергающейся слизи, словно ее сверху прибили гигантской мухобойкой. Оставшиеся заревели, поплюхали своими жирными телами вперед, вгрызаясь крюками в землю. Из леса выползали все новые и новые «черви», и вой становился невыносимым, до черных пятен в глазах. Как же держатся выпускники, если ей и здесь плохо?
— Терлецкий, «лезвия»!
Василий-гитарист пижонски махнул рукой, и вторую «личинку» разрезало на сегменты, извивающиеся лентами и медленно растекающимися по болотистой почве.
— Лоунова, «Зажигалку»!
Тонкая девушка суетливо зашевелила пальцами, вперед понесся поток огня, твари лопались с хрустом, занялся лесок, зашумело пламя, взбираясь по мгновенно высушенным деревьям.
— Переборщила! Ситников, повтори «Хлопушку»!
«Личинки», не обращая внимания на уничтожаемых собратьев, вдруг поменяли движение, потянулись, быстро покатились боком одна к другой, как сливы, слипаясь, увеличиваясь в размерах.
— Что за хрень? — отчетливо прошептал куратор их группы.
— Отступаем! — истерически орал командир. — Огнеметы на изготовку! Из круга не выступать! Отступаем, салаги! Бегом!
Гигантский ревущий червь, собравшийся из ототонов, поднялся на хвост — выше самых высоких деревьев! — и с гулом ударил толстенным телом с множеством отростков-присосок вперед, прямо позади убегающих студентов. Затряслась земля, брызнула слизь, попала на спины отступающих, и кто-то заорал, упал на землю, пытаясь содрать с себя куртку, а червь поднялся снова, снова ударил — уже ближе.
— Уходим! — скомандовал куратор, и первокурсники зашевелились, побежали назад за руководителем, к уже открытому кем-то из преподавателей Зеркалу. Алина дернулась было за всеми — и осталась на месте — от рева было трудно дышать, от близости нежити кружилась голова, и если бы сделала шаг — упала бы. Ее охранники, уже успевшие отбежать, вернулись, потянули ее за собой, но принцесса мотнула головой — ее сильно тошнило.
