"
"Справа показалась стая раньяров со всадниками. Единственного красноволосого человека среди них она увидела сразу, и в груди словно лопнуло что-то. Сердце забилось, получив дозу адреналина, и она ощутила, как подрагивает ее рука, которую она положила на мешочек с камнями.
Нории тоже увидел ее. Она уверена была в этом, хотя он был еще очень далеко. Она поняла по тому, как чуть подобралась его фигура, как двинулась опущенная голова.
Раньяры подлетели близко, так близко, что могли бы опуститься перед первой линией патрулей, шагах в тридцати от нее.
Ани смотрела на Нории — а на затылке короткие волосы поднимались от напряжения, — она смотрела и ощущала всех, кто сейчас находится вокруг, кто готов броситься на нее. И тут он поднял голову и взглянул на нее. И столько было в этом взгляде и любви, и страха за нее, и вины, и ярости, что напряжение ее мгновенно взвинтилось до предела, а в ушах застучала кровь — словно обратный отсчет до взрыва.
Раньяр, зависший на уровне трехэтажного дома, стал опускаться. Вестник сделал к нему несколько шагов.
Она замерла. Только бы не дернуться раньше времени, не помешать. Горло пересохло, гулко билось сердце.
И тут она краем глаза увидела еще одну стаю, с бешеной скоростью несущуюся оттуда же, откуда прилетела первая.
* * *Нории
12.40 по времени Тафии
Сила, полученная от Матери, таяла по капле — но Нории все еще хватало ее, чтобы удерживать в спокойствии и сочувствии людей вокруг.
От ставки Тмир-вана лететь было не больше десяти минут. Нории издалека заметил Ангелину, маленькую, отчего-то коротко стриженую, как всегда прямую, стойкую, и задышал чаще от плеснувшей в крови паники — вдруг не вывезет, не защитит ее, — замешанной на гордости, на тихой нежности, на удивлении от того, что эта невероятная женщина все же оказалась рядом с ним.
Он держал голову низко, но наблюдал все, что могло попасть в его поле зрения. Он видел автоматы в руках наемников, сопровождающих Тмир-вана и его помощников, он слышал дыхание самого генерала за спиной: зачарованный, тот был абсолютно уверен в своем решении, — он видел, как спокойно правит раньяром молодой иномирянин, который записывал его допрос и дал ему воды.
Все-таки дети Инлия удачливы. И сейчас оставалось проверить, насколько.
Они зависли перед порталом, там, где внизу, в нескольких десятках шагов впереди в окружении людей и чудовищ стояла Ангелина. Бледная, как полотно, напряженная, как тетива, готовая взорваться в любой момент. О, он очень хорошо знал это ее состояние.
