— Я так понимаю, вашего присутствия никто не стесняется, — ошеломленно произнесла я.
— Моего — стесняются, а вот мои девочки… Увы, для придворных дам они стоят на уровне мебели, — он развел руками.
— Значит, Тильайри, — я прищурилась, — такие странные имена дает род Антррадир, не так ли?
— Абсолютно верно, — кивнул господин Лантагирр. — Юная госпожа очень уверенно говорит о том, что Император быстро разведется. Что это политика, хотя, уж простите, но с Орвалонов взять нечего. Если только принять вашего отца и брата на службу во дворец, но… Вы, насколько мне известно, посильнее будете.
— Буду, — кивнула я.
— С платьями тоже получилось ловко — она парой слов убедила самых, мгм, самых решительных дракониц, что вам необходимо сменить гардероб. Что вы будете благодарны, если кто-то возьмет этот труд на себя, ведь сами вы скромны и учтивы.
— А получилось как получилось, — я прищурилась, — у Тильайри подрастает сестра, верно?
— Юная госпожа младший ребенок в семье, у нее есть старшая сестра и, возможно, появится брат.
Как вы знаете, свету дракончиков представляют после трех лет.
Я вздрогнула. Знаю. Боюсь, жду и верю в лучшее.
— Зачем вы пришли? — спросила я, чувствуя, как настроение летит к подножию башни, на чьем балконе мы сейчас находились.
— Поговорить и заверить вас, что весь гардероб, от носочков и платочков до бальных платьев, будет у вас к утру.
— Мне нужно постельное белье и матрасы. Подушки и одеяла — я, как выяснилось, заняла спальню Его Императорского Величество, — тускло произнесла я.
— Вам плохо? — дракон внезапно подался вперед, — вы бледны, а под глазами тени.
— Все сложно, — я криво улыбнулась.
— Вы важны, — портной откинулся назад, — для Императора.
— Важна, — эхом повторила я.
Господин Лантагирр понял, что разговор исчерпал себя и встал.
— Я не делаю подушки и одеяла, и уж тем более матрасы, — он склонил голову, — но вижу, что вам необходим отдых. Прошу вас отдать приказ големам сопроводить меня до моей мастерской и назад.
Мы обернемся очень быстро. Останьтесь пока здесь — аромат лилий тонкая насмешка, но ведь и вы его вдыхаете.
Кивнув, я вышла с ним к големам, равнодушно бросила несколько слов и вернулась на балкон. Меня снедала апатия. Желание лечь, закрыть глаза и никогда не вставать становилось непреодолимым.
Не знаю, сколько прошло времени, но портной вернулся и позвал меня внутрь покоев. Рядом с ним стояли големы, груженые постельными принадлежностями.
