Май вскинулась:
— А?
— Сам с собой говорю, — успокоил он ее и попытался улыбнуться.
Но все тело свело болезненной судорогой и она, внимательная, догадливая, подхватилась с софы, на которой сидела с книжкой:
— Ты сам не свой после вылета. Крыло потянул?
От такого предположения даже боль отступила:
— Я?!
— Точно не я, — фыркнула насмешница. — Что случилось?
Судорога отступила и он, приняв более раскованную позу, небрежно бросил:
— Чуть не чихнул.
Май недоуменно моргнула:
— Чихнул?
— Это не мужественно, — уверенно соврал он.
На что его драконочка только головой покачала:
— В следующий раз, пожалуйста, чихай. А то со стороны выглядело так, будто ты умирать собрался.
— Обязательно.
Встав, он обошел стол, оставил на макушке жены легкий поцелуй и ушел порталом в старое поместье Ларовирров. Два шага и он падает в старое мягкое кресло. Позади тут же оказывается опутанный клятвами целитель.
— Было что-то необычной, Ваше Имп…
— Тиверрал — звучит короче, — на выдохе произнес Иверр. — Не было, все как и вчера — первую волну легко стерпеть, сейчас ожидаю вторую.
Целитель поблагодарил Императора за ответ и коснулся ледяными пальцами висков Тиверрала.
В этот же момент распахнулись двери и в комнату вошел уставший и злой телепат:
— Твои слова о том, что снятие клятвы влечет за собой «небольшое недомогание» выглядят насмешкой.
Но Тиверрал не мог ответить — вновь охваченный болевым приступом, он из последних сил держал себя в сознании. Этому очень помогал целитель, легонько массировавший виски холодными пальцами.
— У тебя в голове звон и больше ничего, — Каулен покачал головой, — что если ты не переживешь эту неделю?
— Ты справишься, — прохрипел Тиверрал. — Удержишь Империю. Если все будет плохо, я смогу перекинуть клятву на тебя.
Телепат с ужасом посмотрел на него и обратился к целителю:
— Мы можем что-то сделать? Какие-то редкие зелья, мифические артефакты? Мне совесть и Доркас не позволят бросить Империю на произвол, а править я все равно не хочу!
— Только ждать, — спокойно сказал целитель.
— Только ждать и верить в лучшее. То, что приступы не становятся хуже — хорошо.
— То, что приступы не становятся лучше — плохо, — в тон ему отозвался Каулен."
"— Но, вообще, должен заметить, — выдохнул Император, тяжело дыша. — Что я и сам такого не ожидал.
Силы стремительно возвращались к нему, что не оставалось незамеченным. Следующие несколько минут он терпел разнообразные замеры силы, производимые целителем.
