Но дальше мы шли чуть иначе. Первым так и остался Каулен, он колдовством и добрым словом шумно распахивал перед нами двери. Следом скользили мы с Иверром, рука об руку, но не глядя друг на друга. И уже позади нас шла Лин. Она, напротив, закрывала двери. И делала это так, что я устала вздрагивать.
Увы, эта наша старая традиция — чем громче хлопают двери во время свадьбы Императора, тем тише и глаже будет семейная жизнь двух драконов. Но, мне кажется, по косякам пошли трещины. Как бы замок не рухнул, ведь Каулен старается не меньше Лин!
— Не переживай, — шепнул Иверр, — поменяем.
— Если нам что-нибудь на голову упадет, то поменяют нас, — сдержанно ответила я.
Но, на самом деле, я просто боялась ошибиться. Иверр явно чувствовал время — иногда он ускорял шаг, а иногда замирал. Он подстраивался под волну магии, ту, что еще только силилась выйти наружу. А я ее совсем не чувствовала. И никак не могла спросить — а должна ли?!
Последние двери Каулен распахнул так, что они просто упали. Мы прошли по жалобно скрипнувшей древесине и Лин, шедшая позади, ничуть не смутилась и магией перекинула их на ту сторону проема.
Вздрогнули все присутствующие.
— Тишина, — властным, не своим голосом объявил Каулен.
— Тишина, — эхом откликнулась Лин и ее голос тоже ей не принадлежал.
Придворные всех трех дворов выстроились в две шеренги и мы с Иверром прошли по центру до самого его престола.
«Я даже не сообразила, что это тронный зал», промелькнуло у меня в голове, когда взгляд зацепился за великолепный витраж, изображавший братание трех рас.
— Май-Бритт Анндра, — звучно, уверенно произнес Тиверрал, — готова ли ты разделить мою ношу надвое?
— Готова, — выдохнула я.
— Принимаешь ли ты ответственность за драконов?
— Принимаю, — я никак не могла понять, нужно отвечать коротко или же…
— Повторяй за мной, любимая, — выдохнул он.
И мы повторили слова той клятвы, что уже звучала в подземелье замка. В этот раз я не чувствовала того, что ощущала совсем недавно. Я просто старалась говорить четко, размеренно и понятно.
Следила за дыханием, за осанкой. И не отводила глаз от Иверра. Ему было тяжело. Я видела это, я видела кровавый пот, вновь выступивший на висках. Видела, как сильно бьется жилка под правым глазом. Видела и ничем не могла помочь.
Тиверрал отшагнул назад и вытянул руки, над ними, испуская лучи света, появился мой венец. И я видела, что он ранит руки моего супруга.
«Так вот с чем связана его боль», пронеслось у меня в голове.
