Затем привыкала к тому, что из тела пропала боль, его не сводит судорогой и не мучает лихорадка. Жар тоже спал, ушел, забрав с собой последние силы. Но лучше так, чем балансировать на грани между жизнью и смертью. К тому же я чувствовала себя неплохо. Единственное, жутко хотелось пить.
Так и лежала, наслаждаясь тишиной и прохладой удобной подушки под головой, прислушивалась к звукам дыхания, своего и чужого. Рядом определенно кто-то был. Открыла глаза. Ночь! В дальнем конце огромной комнаты был затоплен камин, тепло долетало до меня, нежно касаясь щек.
Слева колыхалось пламя свечи, бросая фантастические тени на полог над кроватью. Я осторожно пошевелилась. Не дай бог привлечь чье-то внимание… Ведь каждый раз, когда приходила в себя, меня окружали люди, словно я была главным выставочным экземпляром аукциона «Сотсбис». Оказывается, как же хорошо, когда вокруг не плачут и не молятся дни и ночи напролет.
– Ваше величество, – раздался негромкий мужской голос. Сердце ухнуло, забилось с бешеной скоростью.
Вот и побыла одна! Я повернула голову и уставилась на темноволосого мужчину средних лет. У него было широкое, немного простодушное лицо, большой нос. Мой ночной сторож поднимался с кресла у кровати, придерживая рукой книгу в темном переплете, которую, кажется, только что читал.
– Тише вы! – шикнула на него. – Сядьте, а то всех перебудите!
Ага, у меня тут ночлежка! Кажется, в кресле спят, на кушетке спят и еще на одной неподалеку. Комната огромная, целый полк может заночевать."
"Мужчина послушно сел.
Я быстро огляделась, оторвав голову от подушки. Не дай бог проснутся и ка-ак нападут с тазиками! Вены резать, кровь пускать или, еще хуже, наследника Англии требовать. Но, кажется, обошлось.
– Кто вы? – тихо спросила у него. В этот момент осознала, что говорю на английском. На английском! В прошлом изучала этот язык, приходилось на работе с документами возиться, но не знала его настолько, чтобы вот так, не задумываясь, свободно общаться. Чудеса, да и только!
– Вы не узнали меня? – удивился мужчина.
Покачала головой, чувствуя кожей прохладный шелк постельного белья. Дали бы мне зеркало, я бы и себя не узнала! Одно помнила – у новой меня длинные рыжие волосы. Разглядела на коронации. Затем, когда металась в бреду, они постоянно лезли в глаза.
Мужчина тем временем взял свечу с прикроватного столика и поднес к своему лицу. Думает, поможет мне вспомнить? Наивный! Несмотря на то что говорила на другом языке, чужую память мне не оставили.
