Все, Лиза, допрыгалась! Холодная вода, утренняя месса и теннис – отличное лекарство от странных мыслей и необузданных желаний.
Этой ночью я ворочалась так, что мешала спать не только фрейлинам, но и собакам. Слишком уж откровенные были сны. Таких нельзя пересказывать не только толкователям сновидений, но и собственным советникам, которые поинтересовались моим самочувствием и причиной хмурого вида с утра. Пожала плечами. Их это не касается! Затем не менее хмурый Уильям под неодобрительные взгляды присутствующих зачитал список бывших любовниц Фредерика.
И что мне теперь с этим делать? Я поинтересовалась у государственного секретаря:
– Уильям, поделитесь секретом, где вы добываете информацию? Кого подкупили на этот раз?
– Не подкупили, а подпоили, – пробурчал он. Экономия налицо! – Племянника Фредерика, герцога Голштейна. Юноша недоволен дядей, так как имеет на вас собственные виды.
Совет удивился, я кивнула. Да, помню молодого человека, от липких взглядов которого хотелось почесаться, словно у меня на него аллергия.
– Надеюсь, эти имена не послужат причиной отказа принцу? Елизавета, – он замешкался, – вы должны понимать, что мужчины до брака могут… кхм…
Я чуть было не схватилась за голову.
– Уильям, прошу вас, не надо!
Не хватало лекции на тему различий в мужской и женской физиологии из уст государственного секретаря!
– Тогда зачем вам потребовался этот лист? – спросил Уильям, потрясая списком. Не так чтобы внушительным, но женщины Фредерика любили, и он платил им той же монетой.
– По крайней мере, удостовериться, что ему не нравятся мальчики, – любезно ответила я.
Не признаваться же, что приревновала принца к собственным фрейлинам, которых сама послала его соблазнять. Думаю, Совет потерялся бы в лабиринте женской логики.
– А то знаете как бывает! – добавила я.
Советники пробормотали, что сами не знают, но наслышаны. Может, и правильно, что проверили принца, а то в Европах нравы-то вон какие! Не то что при нашем дворе. Особенно если королева собирается замуж за будущего датского короля.
Ведь она собирается?
– Еще не решила, – разочаровала я мужчин, после чего долго выслушивала хвалебные оды уму, внешности и рассудительности принца, но уже из уст советников. Некоторые, кстати, в красноречии не уступали фрейлинам.
– Что не устраивает вас на этот раз? – допытывался государственный секретарь. – Чем плох датский принц? Елизавета, я знаю о вашем разговоре с Уильямом Пиккерингом.
