Я с осторожностью немного отклонилась назад. На его коже красовался след от укуса. Вкус крови все еще наполнял мой рот. A когда я аккуратно провела языком по губам, неожиданно зацепила два острых зуба.
Я словно одним махом стряхнула с себя остатки сна. Или, по крайней мере, мне так казалось. Я окончательно перестала понимать, что реально, а что нет. Этого точно не может быть. Я не могла… Я… Как…"
"– Бен? – сдавленно позвала я и попыталась сесть. Однако он лишь крепче обвил меня руками, словно желая удержать рядом, и от того, что он подал признаки жизни, на меня накатило облегчение.
И в то же время замешательство.
Заглянув ему в лицо, я встретилась с ним глазами. В них читалось раскаяние.
– Все хорошо, – тихо произнес Бенедикт, поглаживая меня по плечу, но единственное, на что я была способна, – это таращиться на след от укуса у него на шее.
В ужасе я вывернулась из кольца его рук и отпрянула, ощупывая зубы кончиками пальцев. Они действительно есть. Два острых клыка, как у…
Меня затошнило.
– Помоги мне, – ошеломленно прошептала я. Я только что пила его кровь. Просто так. Я его укусила. Я…
Бенедикт выпрямился и снова притянул меня к себе, поглаживая по спине.
– Сперва сделай глубокий вдох. Все…
– Разве ты не видишь? – завопила я и оттолкнула его руку. – Ничего не хорошо! Я…
Я не закончила предложение. Дыхание участилось, и я снова дотронулась до острых клыков. У меня вырвался отчаянный всхлип. Они по-прежнему там. И я, черт возьми, никак не могла проснуться. Прикосновение Бенедикта казалось пугающе реальным.
Я чувствовала мягкий матрас под собой, шелковистую ткань одеяла, прохладный воздух в спальне.
– Эй. – Бенедикт взял мое лицо в ладони, заставляя сфокусироваться на нем. – Посмотри на меня. Все хорошо.
Нечем дышать. О чем он? Ничего не хорошо! Абсолютно ничего. Очевидно, что я больше не человек. Я пила его кровь во сне. И просто не понимала, как он мог оставаться настолько спокойным!
Разве что…
Я уставилась на него. Горло внезапно сжалось так сильно, что мне едва удалось вымолвить одно-единственное слово.
– Бенедикт, – прошептала я и сжала руки в кулаки.
Он болезненно поморщился:
– Флоренс, пожалуйста…
– Что ты наделал? – выпалила я и рывком отшатнулась от него. Внезапно все обрело смысл. Мой сон только что. То обстоятельство, что его тело уже не казалось таким теплым, как обычно. Слова Хелин о том, что я еще какое-то время буду находиться рядом с Бенедиктом.
Сколько крови ты мне дал?
Слишком много.
