Укусы Бенедикта зажили на поверхности благодаря его крови, а синяки болели уже не так сильно, как раньше. Может быть, мне действительно удастся заснуть благодаря такому изнеможению. Однако самообладание, которое мне с таким трудом удалось наскрести по крупинкам, рассеялось в воздухе, когда я вернулась в спальню и обнаружила Бенедикта, сидящего на краю кровати."
"Сегодня на нем были свободные пижамные штаны и кофта. Он уперся локтями в колени. Его взгляд скользнул по моему телу и наконец остановился на лице. У меня не получилось прочесть отразившееся в нем выражение.
В зеленых глазах светилось слишком много всего и сразу, чтобы расшифровать его эмоции. И, как мне пришлось убедиться, я все равно не особенно умела его интерпретировать.
Я в недоумении застыла на месте. По моим представлениям, Бенедикт уже давно должен был уйти в гостиную и закрыть за собой дверь. А вместо этого он явно дожидался меня. Король выпрямился и кивнул на мою сторону кровати.
Я не сдвинулась с места. Всего минуту назад мне было жарко после душа.
Однако сейчас я словно превратилась в ледяную статую.
– Что это значит? – поинтересовалась я.
Бенедикт едва заметно поморщился. По лицу вампира очевидно, что его что-то не устраивало. Вопрос только в том, что именно.
– Ты хотела, чтобы я лег в постель, – спокойно ответил он.
Не сдержавшись, я возмущенно фыркнула.
– Да. По собственной воле, – пояснила я. – А не потому, что чувствуешь себя обязанным.
– Не чувствую.
Я покачала головой. Ни секунды в это не поверю.
Этот мужчина жил ради своих обязательств. И я – хотел он того или нет – еще одно из них. Он здесь, потому что его терзало чувство вины. Потому что его поведение не соответствовало его собственным чертовым стандартам. Но мне этого недостаточно.
– Тогда почему ты здесь? – задала вопрос я. Проклятье, да пусть уже просто признает это.
Мышца на челюсти Бенедикта дернулась. Тем не менее он молчал.
Судя по всему, я его раскусила, а он не мог просто придумать, какую причину назвать. Этот мужчина сделал нам обоим одолжение, если бы просто оставил все как есть.
Постоянное притворство на людях и без того достаточно сложно. Не обязательно поддерживать его за закрытыми дверями.
– Наверное, тебе лучше уйти, – тихо произнесла я.
Бенедикт удрученно качнул головой и поднялся. С болью в сердце я наблюдала, как он отошел от кровати. Но вместо того, чтобы пройти мимо, к двери, остановился передо мной. Потом долго на меня смотрел, взвешивая все за и против.
