Я должен осыпать ее ноющее тело поцелуями и стирать с ее кожи воспоминания о моих грубых прикосновениях. Но в итоге опять победила моя рациональная сторона."
"Этот вечер был срывом во всех отношениях, и ничего подобного больше не повторится. Я удостоверюсь, что с Флоренс все в порядке и что она не забеременела от меня, а затем отправлюсь спать. Шансы на это, конечно, практически равны нулю – все-таки я не кончал в нее, а вампирская беременность – событие крайне редкое, – но я не хотел, чтобы она волновалась. К тому же в нынешних обстоятельствах нам в любом случае не стоило рисковать.
Вокруг и без того полный бардак.
Когда через несколько минут я вышел из ванной, Флоренс сидела на кровати в спальне. Она куталась в мою рубашку, лицо раскраснелось. Я присмотрелся к ней повнимательнее. Непохоже, чтобы она плакала, что, впрочем, не слишком-то меня успокоило. Отчетливо видно, что она расстроена.
Я чувствовал себя жалким. А тот факт, что я забыл взять в ванную свежую одежду и поэтому теперь стоял перед ней в одном лишь полотенце, обмотанном вокруг бедер, только усугублял ситуацию.
– Уверена, что с тобой все в порядке? – спросил я, заставив себя встретиться с Флоренс взглядом. Она постаралась выдавить из себя улыбку, и у меня заныло в животе. Улыбка казалась искренней. Несомненно, измотанной, но в то же время как будто… счастливой.
– Да, – прозвучал тихий ответ.
Мгновение я просто стоял перед Флоренс и смотрел на нее. Было трудно решиться на следующий вопрос, но я должен его задать.
В голове уже роились кошмары вокруг ее ответа.
– Я сделал тебе больно?
Она замешкалась. А у меня внутри что-то оборвалось.
– Значит, да.
– Ничего страшного, – тут же добавила Флоренс, но я почти ее не слышал из-за рева в ушах. Мой взгляд просканировал ее тело на предмет повреждений и наконец задержался на правом бедре, где подол моей рубашки немного задрался. В ту же секунду Флоренс одернула ткань.
Вверх по моему позвоночнику побежали мурашки и скрылись под волосами.
– Дай мне посмотреть, – тихо попросил я.
– Да там же…
– Флоренс. – Черт побери, зачем вечно все преуменьшать?
Слегка поморщившись, она все же перестала возражать. Вместо этого встала и распахнула рубашку, чтобы я увидел ее обнаженное тело.
Я резко втянул в себя воздух.
Всю нижнюю половину живота Флоренс покрывали синяки. Кости таза, сам живот, основание бедер – всюду, где я слишком грубо придавливал ее к краю стола. Я даже не осознавал, насколько сильно вжимал ее в него.
