За что?
3
— Ваше Величество, чего не может быть? Вы что-то вспомнили? Узнали меня?
Я лишь помотала головой."
"— Его Величество, надеюсь, вам знаком? — показал он на все еще стоящего статуей мужчину. Теперь я смогла и его рассмотреть. Если бы не поджатые губы и строгое выражение, его можно было бы назвать красивым. Овальное лицо с мягкими чертами, с аккуратно выбритой бородой и усами. Ему очень шло. Но самое удивительное — золотые глаза. Черт возьми, именно цвета золота. И шрам, рассекающий правый глаз от середины лба до середины щеки, нисколько его не портил.
Главное, что глаз не задет, а шрам — это его особое украшение. С ним его лицо приобретает такую брутальность…
Одним словом, для меня, как для девушки, постоянно общающейся с военными, этот образчик мужской красоты был бесподобен.
Я дернулась вперед. Не знаю почему или зачем, но меня прострелило, и я поморщилась. А он отвел от меня взгляд, дернув щекой. Что? Что случилось?
— Работайте, не буду мешать, — громыхнул он и вышел. Эх, такой мужчина, а я больная, немощная…
— Ну что ж.
Будем работать. Вы так и не ответили, Его Величество вам знаком? — почесал доктор в затылке.
— Нет. Где я? И как меня зовут? — спросила я, принимая как данность, что я каким-то образом оказалась в другом мире. И что-то мне подсказывает, что и в другом теле. Потому как я, конечно, никогда не запускала себя, но таких белых тонких запястий и пальцев у меня отродясь не было. Это не мои руки. Остального я пока не видела, но и лицо, скорее всего, будет не моим.
Черт!
— Вы даже этого не помните? Как упали с лестницы, помните? — стал засыпать меня вопросами доктор, а я качала на все головой. Ничего мне было не знакомо.
— Постарайтесь хоть что-то вспомнить, сконцентрируйтесь, а я вам попробую помочь. — Он протянул ко мне обе руки. На его ладонях появилась белесая дымка. Исключительно инстинктивно я отшатнулась от него, выпучив глаза.
— М-да, — выдохнул он. — Неужели и магию не помните?
— У меня есть магия?
— Нет, конечно, — усмехнулся он, будто я спросила несусветную глупость, — магия есть только у очень маленького числа жителей нашего мира.
Вы и этого не помните? Что вообще вы помните? О себе, о мужьях? О мире?
— Ничего не помню. Чистый лист, — вздохнула я. Ну не признаваться же, что я не я, в смысле не их королева. А вдруг здесь за такое сжигают, как ведьм или нечисть какую? Судьба, мироздание или Бог дали мне шанс на новую жизнь, и профукать его было бы с моей стороны абсолютным свинством.
