— Люцивар говорил то же самое про готовку, — проворчала она. — Волки не стали даже дожидаться появления результата из духовки, сразу бросились выкапывать яму поглубже.
Похоже, эта история была весьма интересной. Придется побеседовать еще и с Люциваром.
— Целоваться не сложно, — упрямо повторил Деймон. — Ты ведь только что меня поцеловала.
— Но не слишком хорошо, — проворчала она.
Прекрасно понимая, что подтверждать сказанное ни в коем случае нельзя, Деймон пригляделся к своей Королеве. Раздражение. Смущение.
И чувство, которым он захлебнулся, — желание.
— А почему ты вдруг решила поговорить с Сюрреаль о поцелуях?
— Она рассказала тебе?!
— Нет, что ты, я сам догадался.
Прийти к верным выводам было несложно, учитывая тихое бормотание Джанелль и расплывчатое предупреждение, полученное от дочери Тишьян.
Джанелль проворчала, а потом и прорычала парочку комментариев на языке, которого Деймон, к счастью, не знал. А затем сказала:
— Я просто хотела произвести на тебя впечатление. И боялась, что ты будешь надо мной смеяться.
— Честно говоря, сейчас мне бы это и в голову не пришло, — сухо отозвался Деймон, взъерошив свои волосы. — Милая, если тебя это утешит — я тоже очень хочу произвести на тебя впечатление.
— Правда?!
Казалось, Джанелль была искренне поражена его словами.
Деймон начал гадать, что произошло за последние тринадцать лет, если девушку так удивляла подобная возможность… Впрочем, он и без того знал ответ. Она рассказала ему обо всем в ту ночь, когда он впервые оказался в туманной дымке, прорезаемой молниями, глубоко в бездне, пытаясь вернуть Ведьму в искалеченное тело.
Когда доходило до получения физического наслаждения, мужчины, как правило, сосредотачивались на теле, не желая связываться с тем, что живет внутри его. А Джанелль, в чьем прошлом навсегда остались ужасы Брайарвуда, никогда не смогла бы пойти на подобное соитие.
— Да, правда, — твердо произнес он.
Девушка внимательно обдумала его слова.
— Каэлас сердится на тебя.
Деймону показалось, что подобная смена темы слишком уж резкая — и отнюдь не благоприятная.
— Почему? — осторожно уточнил он.
— Потому что в последнее время я не очень хорошо и крепко сплю и постоянно пинаю его. Он решил, что это твоя вина.
Просто замечательно.
— Я тоже плохо спал в последние дни.
Джанелль отвернулась, с явным беспокойством.
Хватит игр, решил Деймон. В том, что они никак не могли понять друг друга за этот месяц, было больше его вины, чем ее.
