В последние недели она спала гораздо крепче, чем я, — то ли из-за все ускоряющегося старения, то ли благодаря чистой совести. Так или иначе, мне не сразу удалось разбудить ее, и пришлось постараться, чтобы уговорить ее покинуть постель.
Форнелла хмуро посмотрела на дрожащую от нетерпения Джервию.
— Почему она здесь?
— Не знаю, — садясь на кровать и натягивая туфли, ответил я. — Но нам предоставили открытую дверь, и я намерен воспользоваться ею.
Когда я подошел к двери, Джервия закрыла мне рукой рот, предотвращая неизбежные расспросы, и поманила за собой.
Я глянул на Форнеллу. Та оделась и приготовилась идти за мной, но, похоже, не избавилась от подозрений.
— Я не уверена, что смогу бежать, — прошептала она, когда подошла ко мне и взяла меня за руку.
Я повел ее по коридору, мимо других камер. Все они пустовали. Джервия ожидала нас у выхода из темницы. Я застыл при виде Раулена, открывшего для нас двери и отстранившегося.
— Все в порядке, он не видит нас, — прошептала Джервия.
Тюремщик пристально смотрел куда-то за каменную стену и блаженно улыбался, словно узрел издавна желаемое, дорогое сердцу.
Он действительно не видел нас.
— Это вы сделали? — подойдя к Джервии, пробормотал я.
— Его дочь умерла в Марбеллисе. Я показала ее тюремщику, — нервно улыбнувшись, ответила Джервия.
Она — Одаренная. А бедный Раулен явил собой пример верности долгу. Несколько лет Убийца Светоча был в его власти, но тюремщик не искал мести."
"— Долго он так не простоит. — Джервия потянула меня за рукав.
Она провела нас через скромное жилище Раулена. Мы вышли в северное крыло дворца, чуть более богато украшенное. Здесь располагались кладовые и жилые помещения, где спала армия дворцовых слуг. По пути мы встретили лишь двоих стражников, столь же блаженно одурманенных, как и Раулен. Джервия вытерла лицо рукавом. На ткани осталось темное пятно крови. Сколько же сил ей пришлось потратить ради нашего бегства?
Мы прокрались через двор. Пара стражников у северных ворот не заметила нашего присутствия.
— Нужно торопиться, иллюзии скоро развеются, — прошептала Джервия и заспешила к лугу за дорогой.
— Лучше по дороге, — сказал я, но Джервия покачала головой:
— Она слишком хорошо охраняется. На скале провешена веревка, под скалой на реке ожидает лодка.
— Я не могу, — выдохнула утомленная, запыхавшаяся Форнелла.
— Здесь недалеко!
— Оставьте меня, — простонала она, согнулась, упала на колени.
Она задыхалась.
— Милорд! — взмолилась Джервия.
