Магия той женщины связала меня и заставила совершать жуткие поступки.
Лемера выпрямилась, и Френтису показалось, что она внимательно рассматривает его лицо. Столь пристальное внимание немного раздражало. Он уже хотел снова попросить ее уйти, когда она сказала:
— Мы с тобой не такие уж разные.
Затем она улеглась на кровать.
— Можно я посплю здесь, только эту ночь? Мне тоже снятся кошмары. Я обещаю: никаких… хм, влечений.
Френтис сказал себе, что следует ее выгнать, ведь добром это не кончится. Но ему показалось слишком жестоким выгонять бывшую рабыню.
Потому он спокойно лег рядом, попытался расслабиться, но знал, что до утра уже не сомкнет глаз. Она тут же придвинулась ближе, положила голову ему на плечо, сплела его пальцы со своими.
— Мы же не победим, ведь так? — шепотом спросила она.
— Не говори так. Моя королева плывет сюда с большой армией. Если мы продержимся…
— Я была рабыней, но я не глупая. Империя огромна. Трудно даже вообразить, насколько она большая. Мы истребили лишь крошечную долю сил, которые могут выслать против нас.
Они перебьют нас всех, потому что мы были рабами, а рабам нельзя позволять и крошечного проблеска свободы. Без нас у воларцев не будет империи.
— Если ты считаешь наше дело таким уж безнадежным, зачем присоединилась к нам? — спросил Френтис, решивший расставить все по местам.
Она придвинулась еще ближе, обняла его свободной рукой, теснее сплела пальцы.
— Потому что ты предложил то, о чем я уже и забыла: выбор. Я выбрала умереть свободной.
За несколько следующих недель их число удвоилось. Ивельда с Лекраном десятками приводили рекрутов, и еще больше беглецов сами приходили на виллу. Вскоре собралось так много, что стало не хватать еды. Френтису пришлось приказать людям выйти на поля и собирать урожай. Приказ вызвал много возмущения, но удалось смягчить его обещанием, что все по очереди будут исполнять рабочую повинность — включая командира. Конал, рожденный в Королевстве кузнец, выбивался из сил, но оружия все равно отчаянно не хватало.
Лишь треть армии можно было считать прилично вооруженной, и у стольких же людей имелись инструменты.
— В Новой Кетии масса оружия, — сказал Лекран на вечернем совете."
"— У нас все еще слишком мало сил, чтобы взять ее, — ответил Френтис.
Тридцать Четвертый хорошо знал Новую Кетию, представлял толщину ее стен и силу гарнизона. К тому же императрица наверняка выслала подкрепления, а возможно, и явилась сама.
