— Нет времени планировать. Я приказал своим людям нарубить деревьев для лестниц и осадных машин, но еще ничего не готово.
— Поэтому стоки остаются единственной возможностью, — сказал Френтис. — Мы знаем от рыцарей Дарнела, что аспекты Элера и Дендриш — в Блэкхолде. Может, с ними и аспект Арлен. Если на город нападут, у них нет шансов выжить. Я могу вытащить их.
— Гораздо важнее взять ворота, — указал Соллис.
— Но аспекты…
— Они прекрасно знают, что Вера временами требует жертв. Мы возьмем ворота, рыцари барона ворвутся в город, а мы двинемся к Блэкхолду.
— Мы?
— Брат, ты хорошо вел своих людей. Они верны тебе. Но наша верность друг другу — братская. Или ты не хочешь больше зваться братом? — сурово и тихо спросил Соллис.
— Я никогда не стану звать себя иначе, — покраснев от гнева, ответил Френтис.
— Значит, выходим на рассвете, — заключил Соллис и добавил: — Милорд барон, мы выйдем на рассвете. Тогда через три ночи мы подойдем к городу в темноте. Брат Френтис, отбирайте людей и будьте готовы.
Они пошли вдоль Солянки к Варинсхолду, цепочкой по берегу.
Там было влажно и не поднималось предательское облако пыли. Для похода в стоки Френтис выбрал Давоку, Дергача и Тридцать Четвертого. Арендиль с Иллиан громко протестовали, оспаривали решение, но Давока сурово выбранила юную леди за капризность, а Бендерс отказался даже думать о том, чтобы выпустить внука из виду.
— Всегда будь рядом со мной, — сурово предупредил барон. — Если все пойдет как надо, еще до конца недели фьефу потребуется новый лорд.
После двух дней пути команда сделала привал в мелкой ложбине к югу от Солянки. До Варинсхолда оставалось рукой подать. Братья Соллиса обследовали местность вокруг — большей частью травянистые равнины и поля пепла на месте Урлиша. Братья вернулись с закатом и доложили, что воларцы больше не патрулируют равнину.
— Может, у них не осталось кавалерии для патрулей? — предположил Эрмунд. — Мы же перебили сотни их у отрога.
Люди улеглись, завернувшись в плащи. Было холодно, но костров не разводили, не хотели рисковать.
Френтис остался наблюдать. Сам он решил не спать, как и в две предыдущие ночи, и ежеминутно боролся с изнеможением. Однажды он отключился прямо на ходу и, если бы не Давока, вывалился бы из седла. Лоначка сурово отчитала Френтиса и уговаривала поспать ночью. Он мотал головой. Ведь если сомкнешь глаза — обязательно явится та жуткая женщина.
— Брат, как думаете, завтра все кончится? — спросила Иллиан, присевшая в нескольких футах от Френтиса.
