Анна проследовала за Сарой в маленькую, тускло освещенную комнату. Она огляделась, удивляясь тому, что не видит картотеки или хотя бы стола. Только стул и носилки на ножках."
"— Здесь наших пациентов моют и переодевают в больничную одежду, — объяснила Сара. — Обычно мы с них просто смываем грязь. Иногда — рисунки глиной, от которой простыни окрашиваются в красный цвет. Еще они носят самодельные украшения — эти приходится срезать, поскольку они очень подходящая среда для размножения микробов. Иногда нам приходится выдерживать настоящую битву, пытаясь убедить пациента, что это необходимо.
— Не переставая рассказывать, Сара пересекла комнату и двумя пальцами подняла с пола какую-то веревочку. Она бросила веревку в мусорное ведро с крышкой. — Еще они носят амулеты знахарей и мешочки с травами. Их мы тоже срезаем. И сжигаем. — Она замолчала и посмотрела на Анну. — У нас в Лангали очень четкие правила на этот счет. Если люди хотят получить от нас помощь, они должны отбросить всякие суеверия. Должны сделать выбор.
Анна кивнула. Это показалось ей логичным. У слуги не может быть двух господ.
Дальше Сара сообщила, что, по слухам, некоторые врачи-миссионеры соглашаются передать плаценту новорожденного родственникам, чтобы те могли закопать ее в хижине, поскольку иначе «духи предков очень обидятся». Некоторые даже соглашаются сохранять органы, удаленные во время операций, — по аналогичным причинам. В Лангали же о таком не может быть и речи, Майкл непоколебим: все плаценты и органы сразу же относят в яму.
Сара указала через окно на дальний конец станции, туда, где над холмом кружила пара стервятников.
— Африканские церковные старейшины поддерживают нас в этих вопросах, — добавила Сара. — Они вынесли такое решение: любой, кого уличат в участии в ритуалах племени, будет отлучен от Церкви, пока не раскается. Со здешней деревней проблем не возникает — ее жители являются христианами вот уже несколько поколений. Проблемы возникают из-за чужаков, тех, кто приходит к нам из других деревень или хуторов.
Объясняя ситуацию, Сара вела Анну через анфиладу складских помещений, кабинетов и процедурных. Анне казалось, что, куда ни глянь, везде видны швабры и ведра, бутылки с дезинфицирующим раствором, стопки чистого постельного белья, ящики синего мыла, — и всем этим добром распоряжаются улыбчивые темнокожие медсестры в розовых униформах.
— Работа хирурга важна, — продолжала Сара, — но обучение правилам гигиены тоже жизненно важно. Грязь и невежество — вот наши враги.
