Вдруг от толпы отделилась Ордена и подошла прямо к Анне.
— Здравствуй, сестра, — просто сказала она.
Морщины на лице старой няни стали глубже с тех пор, как Анна видела ее в последний раз, но при этом она странным образом не постарела. Она тепло обняла Анну, окутывая ее кухонным запахом раскаленного масла и ароматного дыма. Через несколько секунд Ордена отстранилась и посмотрела на лицо Анны, ощупала огрубевшими ладонями ее худые плечи.
— Кожа да кости, — резюмировала Ордена и повернулась к Саре.
— Разве нам не стоит зайти в дом и поделиться пищей с путниками?
Ее открытость и непринужденность сняли напряжение. Невозможное вдруг показалось возможным. Сара восторженно посмотрела на няню, словно та только что совершила чудо.
— Конечно, спасибо, — наконец сказала Сара.
Взрослые радостно загомонили, а вокруг смеялись и играли дети.
Анна, Майкл и Сара стояли бок о бок. Ни один из них не произнес ни слова, но напряжение и правда спало. Они наблюдали за тем, как Стенли приветствует родственников, не успевая пожимать руки и отвечать на вопросы, как на руках у него неожиданно оказался ребенок, а рядом с ним — какая-то старуха.
Он говорил и улыбался, но было очевидно, что мысленно он все еще с Анной.
— Давайте не пойдем в дом, — внезапно предложила Сара. — Давайте поедим здесь. Все вместе.
Майкл удивленно посмотрел на нее. Ордена тоже растерялась, но затем утвердительно кивнула.
— Хорошее предложение, — одобрительно заметила няня. — В конце концов, разве сегодня не особенный день?
Уже через несколько минут принесли травяные коврики и разложили их в тени эвкалиптов сестры Барбары.
Начали подносить корзины из сизаля, наполненные деревенской едой: печеными бобами, папайей, арахисом и тыквами-горлянками с молоком, закупоренными пучками травы. Спустя какое-то время к угощению добавились глиняные горшочки с дымящимся угали. Затем из дома пришел Тефа и принес большой поднос горячих крестовых булочек, верхушки которых были покрыты глазурью и украшены крестиками из теста.
"
"Анна присела на один из ковриков. Стенли опустился на корточки справа от нее, сложив руки на коленях на африканский манер. Дальше сидел Майкл. Глава миссии сел по-турецки, его воскресные шорты помялись, а носки запылились. Он выглядел неуклюжим, но держался непринужденно. Когда ему передали корзину с бобами, он зачерпнул горсть и протянул Анне. Передавая угощение, он улыбнулся, глядя ей в глаза.
