При свете дня и в простом красном одеянии он производил не меньшее впечатление, чем во время нгомы. Он внимательно наблюдал за тем, как доктор и комиссар обсуждают проблемы больницы.
Наконец эти мужчины разработали план. Комиссар предложил позволить больнице существовать до полного выздоровления всех стационарных больных. Правительственная служба здравоохранения обеспечит поставки лекарств и выделит деньги на зарплату штатным сотрудникам за этот период. Но новых пациентов принимать запрещается. Когда все кровати опустеют, дом следует вернуть в первоначальное состояние.
Тем временем правительство будет просить миссию рассмотреть возможность восстановления Джермантауна. Комиссар улыбнулся Анне, закончив свою речь.
— Нет, так не годится, — возразила Анна. Она говорила на суахили, избавляя Стенли от необходимости переводить. — Больница должна работать, пока в данном районе не появится другое медицинское учреждение.
— Это невозможно, — заявил комиссар.
— Абсолютно, — поддакнул ему доктор Маршан.
В толпе раздались недовольные возгласы.
Анна повернулась к белому доктору, намереваясь умолять его. Но в этот момент вперед вышел вождь. Воцарилась тишина.
— Нам было обещано медицинское обслуживание в Джермантауне, — начал он на суахили. — Теперь мы получаем его здесь. Больница должна работать столько, сколько в ней будет необходимость. Я настаиваю на том, чтобы потребности моего племени были учтены.
— Племена — пережиток прошлого! — повысил голос комиссар. — Теперь вы все — танзанийцы.
— Да, мы танзанийцы, Но мы все еще ваганга, — возразил вождь.
Комиссар встал и подошел к балюстраде. Он посмотрел на вождя и озадаченно нахмурился.
— Джейкоб? — воскликнул он. — Это ты?
Анна удивленно повернулась к нему: комиссар обращался к вождю.
— Джейкоб, друг мой! Это же я, — добавил он.
— Приветствую тебя, — ответил вождь на суахили и поднялся на веранду, чтобы пожать ему руку. — Здесь меня называют Мтеми.
Комиссар, похоже, не верил своим глазам.
— Как у тебя дела? — продолжал вождь.
Неожиданно комиссар улыбнулся, и напряжение тут же спало.
— Джейкоб, поверить не могу, что это ты! Я думал, ты все еще в Англии. Я недавно отправил тебе письмо на старый адрес, на Харланд-роуд!
— Я вернулся, — коротко отозвался Мтеми, по-прежнему на суахили. — В конце концов, разве я не вождь ваганга?
Анна переводила изумленный взгляд с комиссара в форме цвета хаки на вождя, замотанного в кусок ткани. Комиссар тоже рассматривал грязного, полуголого Мтеми.
