Проследив взглядом за его рукой, Анна отметила, что травяной покров в некоторых местах на газоне истончился, и эти места образуют круги, похожие на гигантские ведьмины кольца: трава там была вытоптана.
— Эта нгома — особое празднование, — продолжал он. — Мы радуемся возвращению вождя с пастбищ. — Он немного помолчал. — Вы присоединитесь к нам, — заявил он.
Анна открыла рот, собираясь отклонить приглашение: в конце концов, она была миссионером! Она не может посещать подобные сборища.
Но не успела она произнести и слова, как заговорил Стенли.
— Мы польщены, — учтиво произнес он. — Мы придем.
Пару секунд Анна потрясенно смотрела на него, но быстро поняла — как он понял это раньше, — что другого ответа от них и не ждали. Разве они могли отказаться приветствовать вождя? Тем самым они бы нанесли ему оскорбление. И она принужденно улыбнулась.
— И когда это… событие произойдет?
— Наш вождь должен прибыть завтра, — ответил воин.
— А нгому проведут вечером.
Передав сообщение, молодой человек круто развернулся и удалился.
Весь следующий день женщины и дети таскали на лужайку охапки хвороста и складывали их в кучи возле каменных кострищ. Мужчины установили некое подобие павильона, растянув на ветках коровьи шкуры. На земле разложили тканые циновки. К закату деревенские жители начали собираться на лужайке. Анна то и дело поглядывала на них в окна палаты, следя за тем, чтобы у нее при этом был занятой вид.
Почти все африканцы были в ритуальных одеяниях: шкуры диких зверей, бусы, головные уборы из страусовых перьев. Их тела были ярко раскрашены. Характерные для ваганга горделивая осанка и исполненные достоинства движения заставляли считать их этаким «племенем дворян».
Анна мельком взглянула на свою одежду, такую привычную и унылую. Она сняла рубашку и брюки Кики, заменив их строгой миссионерской юбкой и блузкой, а к последней прикрепила часы медсестры и значок миссии.
Этот стиль она выбрала преднамеренно: раз уж станет гостьей на подобном собрания, по крайней мере, будет походить на того, кем вроде бы и является: на почтенную даму-миссионера. Стенли, как заметила Анна, предпочел свою обычную одежду цвета хаки. Она видела, как он стоит на веранде и спокойно наблюдает за происходящим на лужайке. Догадаться о том, что он думает, было невозможно.
