Она отстраненно узнала этот жест, символ близости, соединившей их — всех троих: ее, Майкла и Сару. В нем не было ничего необычного. Никакого особого значения.
Но бой тамтамов наделил этот жест своей силой — теперь в нем ощущалась непривычная грубость, тоска, желание большего.
Большего…
Рука Майкла на плече Анны напряглась. Медленно двинулась ниже, ниже…
Барабаны замолчали, вытягивая жизнь из воздуха.
Анна смотрела на Майкла. Он смотрел на нее, не в силах пошевелиться.
Через мгновение барабаны снова заговорили, в более быстром ритме.
Чары разрушились. Майкл сделал глубокий вдох и отступил. Затем развернулся и зашагал прочь.
Анна последовала за ним в джунгли; путь ей освещал холодный лунный свет. Спотыкаясь, она шла вперед: взгляд замер на спине Майкла, нога цеплялись за ползучие растения, руки хватались за ветви, пальцы становились липкими от сока Джунглей.
Когда они добрались до «лендровера», Майкл открыл Анне дверцу, а сам остался снаружи.
Стекла были подняты, чтобы в салон не могли залететь насекомые, и в машине было душно.
Анна оцепенела. В голове у нее все еще били тамтамы, но теперь они звучали как насмешка. Игриво, но порочно. Положив голову на руку, она почувствовала жар щеки и прикосновение пота к поту. В окно она видела, как Майкл ходит взад-вперед. Из глубины души поднимались уныние и недоброе предчувствие.
Наконец Майкл подошел к «лендроверу» и забрался на заднее сиденье. Он ничего не сказал. Анна почти физически ощущала, как он напряжен. Насторожен.
Она хотела повернуться к нему и сказать, что все хорошо.
Ничего не случилось. Они ничего плохого не сделали.
Но она не могла убедить саму себя в том, что это правда.
Лучи солнца только-только начали освещать небо, когда группа охотников случайно наткнулась на застрявший «лендровер». Анна безучастно смотрела на лица, заглядывавшие в окно, и почти ничего не различала от усталости. Она краем сознания отметила, что мужчины, похоже, пришли не из ближайшей деревни: они были слишком бодрыми и собранными для тех, кто протанцевал всю ночь.
Судя по их виду, можно было не сомневаться: они готовы к долгому суетливому дню.
— Майкл, — позвала она через плечо. — Проснись!"
"Она в первый раз заговорила с ним за часы, прошедшие с тех пор, как он забрался в «лендровер». Они переждали ночь в полной тишине, в осаде жужжащих насекомых и под аккомпанемент сдерживаемого дыхания и шорохов неловких движений. Оба они по-настоящему заснули только перед самым рассветом.
