«Странно, что его слышно на таком расстоянии, — подумала Анна, — сквозь все эти заросли». Этот звук немного успокоил ее. Она представляла себе деревенских жителей, отдыхающих вместе после долгого, заполненного хлопотами дня.
Наконец впереди, между стволами деревьев, они увидели отблески костра. Анна вздохнула с облегчением: туфля натерла ей ногу, и она была бы рада отдыху, пусть и недолгому. Она заметила, что бой барабанов стал теперь очень громким, а ритм ускорился. Эти звуки возбуждали, а не умиротворяли.
И костер казался очень большим, совершенно не подходящим для приготовления пищи.
Увидев высокое пламя, Анна замедлила шаг.
— Что происходит?
— Не останавливайся, — сказал Майкл. — Наверное, кое-кто не дождался официального начала праздника.
Двигаясь дальше, Анна пристально смотрела перед собой. Она увидела, что вокруг огня танцуют какие-то фигуры — темные, гибкие, они подпрыгивали и вертелись вокруг своей оси в такт барабанному бою, размахивая руками и дрыгая ногами.
Отблески огня мерцали на коже, блестящей от пота. Обнаженной коже…
Анна затаила дыхание: танцоры были голыми.
Майкл схватил ее за руку, заставив резко остановиться.
— Жди здесь, — приказал он. — Не двигайся. Я скоро вернусь.
Анна обессилено опустилась на землю за густым кустарником. Сердце у нее колотилось от потрясения и внезапно охватившего ее страха. Она закрыла глаза, пытаясь забыть видение безумных танцующих тел. Обнаженную гладкую кожу. Ритмичный бой барабанов был очень громким.
Он словно вонзался ей в мозги, заглушая мысли. Она смутно осознавала, что в доносящихся до нее звуках было нечто… необычное. Помимо грохота барабанов, она слышала потрескивание веток в костре, изредка — плач маленького ребенка. Но она не могла уловить ни смеха, ни веселой болтовни. Только костер, а вокруг него — тела, легко движущиеся, не обмотанные тканью, которая должна быть стянута узлом в положенных местах.
Анна натянула юбку на ноги, услышав тонкий писк москитов.
«Где же репеллент?» — стала вспоминать она. Но, вместо того чтобы представить себе баллончик, лежащий в бардачке «лендровера», она увидела оранжевый свет костра. Обнаженные тела пляшут, как языки пламени, возможно, подражая им."
"Встав на колени, Анна выглянула из-за кустов. Когда ее глаза приспособились к яркому свету, она смогла хорошо разглядеть танцоров — и тела, и лица. Они двигались, полузакрыв глаза и приоткрыв рты, будучи во власти экстаза.
