Ни одной морщинки на шелковом покрывале бронзового цвета, устилавшем большую с четырьмя витыми столбиками кровать, которая занимала центральное место в спальне. Подушки взбиты и аккуратно уложены в изголовье подле резной спинки красного дерева. На комоде и прикроватном столике не было ни пылинки. Любая мелочь в заведении мадам Рубикон имела свою цену. Девушка, убиравшая комнату Роуз, никогда не задумывалась о ее роскоши, хотя сама обитала в крохотной каморке в помещении, отведенном для слуг. А эти великолепные апартаменты, пустовавшие в течение трех недель каждый месяц, не становились от того дешевле, но Роуз уже несколько лет назад поняла, что они стоили этих денег.
Ей потребовалось всего несколько минут, чтобы разобрать багаж. Так как ее городская и загородная жизни никогда не пересекались, она ничего не везла с собой. Простое батистовое платье, похожее на то, в котором она была сейчас, тоже синее, разве что посветлее, подходило для деловых встреч в Лондоне. Ее любимая щетка, деревянная ручка которой отполировалась за годы использования.
И миниатюра с портретом Дэшелла, написанная на заказ за несколько месяцев до смерти их отца — напоминание, почему она здесь, которое оказывалось так необходимо в те минуты, когда мужество изменяло ей.
Роуз нежно погладила миниатюру. Сейчас ему восемнадцать, и при его стремлении выглядеть взрослым Дэш едва ли похож на мальчика с копной темных кудрей и мягким круглым личиком, каким он запечатлен на этой миниатюре. Он невероятно вырос за последние пять лет и теперь выше ее.
Хотя по-прежнему сохранил мальчишеский блеск в светло-голубых глазах, что сулит ему немало неприятностей на его пути. Прежде чем она уедет из Лондона, ей нужно поговорить с ним относительно Оксфорда. Хотелось бы надеяться, что ее совет не пройдет мимо его ушей.
А если нет, то… Роуз пожала плечами. Все, что она могла сделать, — это обеспечить ему возможность, о которой он так мечтал. Воспользуется ли он ею, это уже другой вопрос.
Маленькая миниатюра с портретом брата была убрана в верхний ящик комода, туда, где лежали тонкие шелковые чулки, носовые платки, отделанные кружевом, и прочие мелочи.
Дорожное платье висело на вешалке в углу чулана, куда она поставила и пустой саквояж. Быстрый взгляд подтвердил наличие всех пуговиц на лифе лилового платья, которое привели в порядок во время ее отсутствия. Нетерпеливость клиента обычно обещала короткий вечер, равно как и беспорядок в ее гардеробе. Слава Богу, Джейн умела держать в руках иголку с ниткой.
