Его записка буквально кричала, заявляя о его недовольстве, но вскоре ей придется обсудить этот вопрос с братом, вместе с другими, еще более шокирующими обстоятельствами. Глубоко вздохнув, она взялась за перо.
«Дорогой Дэш!
Я надеюсь, ты в добром здравии. Есть один очень важный вопрос, который я хотела бы обсудить с тобой. Поэтому, пожалуйста, приезжай в Пакстон-Мэнор при первой возможности.
С любовью, Роуз».
Написав адрес и запечатав конверт, Роуз отложила перо. У нее не было сомнений, что брат приедет домой, как только прочтет ее письмо.
Она прежде никогда не просила его об этом. Уникальность просьбы не позволит ему отмахнуться.
Поставив локти на стол, Роуз сцепила руки и уронила на них голову.
И все-таки как рассказать ему? Она понятия не имела, с чего начать, но у нее есть еще несколько дней, чтобы обдумать это.
Она не смогла вернуться к Рубикон. Думала, что сможет опять жить в привычном ритме, продолжая делать то, что делала… Но все это было возможно, пока Джеймс не вошел и ее жизнь.
Она делала это бесчисленное множество раз, научившись, не отдаваясь душой, не включая свои чувства, ублажать клиентов. Работа у Рубикон стала всего лишь источником дохода. За отсутствием выбора такая непозволительная роскошь, как отказ, была невозможна для нее.
Но после встречи с ним… Во время долгой дороги в Бедфорд, одна в карете наедине со своим истерзанным сердцем, Роуз поняла, что не в состоянии снова вернуться в Лондон. Теперь близость с другим мужчиной казалась ей предательством по отношению к ее любви, к тому чувству, что она испытывала к Джеймсу.
Ее тело, ее душа отныне навеки принадлежали ему.
Отказавшись от его предложения и от его помощи, Роуз осталась без средств, необходимых для поддержки Дэша, содержания его апартаментов и для того, чтобы хоть как-то пополнить семейные сбережения, которые пустил на ветер их отец.
У нее осталось немного от той суммы, что Джеймс заплатил за ее поездку в Хани-Хаус, но этого хватит ненадолго.
Этого недостаточно даже для того, чтобы покрыть карманные расходы Дэша, позволить ему продолжить тот экстравагантный образ жизни, к которому он привык."
"Роуз провела неделю дома, неделю, полную беспокойства и волнений, скучая по Джеймсу так, что не находила себе места. И даже экономка поинтересовалась, не заболела ли она, и постоянно спрашивала ее об этом. Роуз пришла к выводу, что сейчас у нее есть один-единственный выход.
Решение было не простое.
