Он напоминал греческого бога, хотя не делал ничего кроме отдыха и веселья. Вселенная несправедлива.
Мы молча расположились на свои места. Я не видела его, но чувствовала в двух шагах от себя. Его присутствие наполняло комнату, вызывая воспоминания о нашем недолгом, но нервирующем приключении в сауне.
Был момент, всего один момент, когда я посмотрела на Ксавьера, и мое сердце заколотилось.
К кому ты на самом деле ходила?
Был также момент, всего один, когда я почти ответила честно. Может быть, дело было в отсутствии осуждения на его лице… а может, жара расплавила мой мозг.
Что было более вероятно.
Мои веки закрылись, когда массажисты вошли в комнату и стали разминать наши тела, но я не могла отключить свой мозг. Сколько писем накопилось в моем почтовом ящике за последний час?
Я никогда так долго не брала телефон в руки. А что, если мой офис горит? В этом и заключалась особенность работы в небоскребе. Ты подвержен идиотизму других арендаторов, многие из которых не понимали элементарных основ пожарной безопасности.
Кстати, об идиотизме: что, если Ашер Донован разобьет еще одну машину? Не забыла ли Джиллиан отправить Аяне условия нашего соглашения? Кормит ли Изабелла рыбку, достаточно ли?
Изабелла не была идиоткой, но у меня были конкретные инструкции по уходу за моей домашней золотой рыбкой, а она была склонна уходить в свой собственный мир, когда была поглощена написанием книги.
От волнения мой пульс перешел в бешеный галоп.
— Вы очень напряжены, — мягко сказала моя массажистка.
Ее руки волшебным образом воздействовали на мою спину и плечи, но бедной женщине понадобится целая неделя, чтобы снять все мое напряжение.
— Я из Нью-Йорка, — сказала я в качестве объяснения. Все были напряжены. Не напрягались только ленивые.
— Это не оправдание, — вмешательство Ксавьера разрушило мой кокон блаженства. — Я из Нью-Йорка, и я не хожу с головной болью каждый день.
Я подняла голову, чтобы бросить на него взгляд, но предостерегающее цокание моей массажистки заставило меня опуститься обратно.
— Во-первых, ты не из Нью-Йорка. Ты из Боготы. Во-вторых, ты ничего не знаешь о моем здоровье. В-третьих…
— Перевернитесь, пожалуйста, — велела мне массажистка.
И я подчинилась. С большей силой, чем нужно.
— В-третьих, у тебя нет стресса, потому что ты ничего не делаешь. Ты просто сидишь, тратишь деньги своей семьи и миленько выглядишь.
Это было жестоко, но чтение мне нотаций ребенком с трастовым фондом стало последней каплей.
