— Я верил в тебя, но Лука обычно ошибается. — Он рассмеялся. Он взглянул через мое плечо, и его улыбка превратилась в ухмылку. — Раз уж мы заговорили о Руссо, то я оставлю тебя наедине с этим. Удачи.
Он исчез, прежде чем я успел ответить, и Данте занял его место.
Мы не разговаривали со времени его праздничного гала-концерта, но сегодня он выглядел гораздо более непринужденным, чем в Вальгалле. Возможно, он наконец-то вошел в ритм родительской жизни, а возможно, дело было в почти пустом бокале виски в его руке.
— Это впечатляет, — сказал он, минуя стандартные приветствия. — Я сомневался в тебе, но ты справилась.
— Все так говорят, — проворчал я, но было трудно оставаться раздраженным, когда вечер складывался так удачно. — Спасибо.
Данте склонил голову, его взгляд метнулся к бару, где Вивиан разговаривала со Слоан, Изабеллой и Алессандрой. Он на мгновение смотрел на жену, а затем вернул свой твердый взгляд на меня.
— Признаться, я надеялся, что ты провалишься, — сказал Данте с удивительной откровенностью.
— Я не забыл ни о Вегасе, ни о Майами, ни о десятках сомнительных ситуаций, в которые ты втянул Луку. Однако… — Его голос стал сухим. — Если мой брат может привести себя в порядок после нескольких лет бесполезных вечеринок, то, полагаю, и ты сможешь.
Данте Руссо, король обратных комплиментов.
— Я бы не сказал, что вечеринки были бесполезными, — проворчал я. — Они дали мне опыт, необходимый для этого. — Я жестом показала вокруг нас.
Глаза Данте немного сузились. Затем, к моему шоку, он искренне рассмеялся.
— Сохрани эту энергию и завтра, — сказал он, проходя мимо меня, чтобы вернуться к Вивиан. — Она тебе понадобится.
Завтра. Моя первая оценка. Судьба восьми миллиардов долларов.
Я совру, если скажу, что мой желудок совсем не сжимается при напоминании об этом, но завтра будет завтра. Я сделал все, что мог, и с сегодняшнего дня до утра я не мог сделать ничего, что могло бы существенно сдвинуть ситуацию с мертвой точки.
Поэтому вместо того, чтобы беспокоиться, я взял стакан с подноса проходящего мимо официанта, опрокинул его внутрь себя и просто наслаждался остатком ночи.
Я заслужил это.
Судный день состоялся на следующее утро в режиме видеоконференции. Учитывая помпезность и торжественность оглашения завещания моего отца, решение судьбы восьми миллиардов долларов через Zoom казалось весьма неуважительным, но все были слишком заняты, чтобы ехать в Боготу на очную встречу, так что пришлось созваниваться онлайн.
