— Я засунул руки в карманы и сжал их в кулаки, чтобы не потянуться к ней. — Я пришел сказать тебе три вещи. Во-первых, сегодня утром я встречался с Алексом по поводу пожара. Он сказал, что это был поджог.
Стук прекратился. Я практически видел, как крутятся колесики в ее голове, пока она обрабатывает эту информацию.
— Поджог. Кто?
— Пока неясно. — Я подвел итог встречи для нее. — Это Алекс, так что он разберется и установит меры предосторожности, чтобы ничего подобного не повторилось, пока я буду ремонтировать клуб.
Слоан замерла, в ее глазах вспыхнуло удивление и настороженная надежда, которая подлила масла в огонь. Надежда означала, что ей не все равно, а если ей не все равно, значит, шансы на победу в предстоящей авантюре бесконечно велики.
— Это второе, — сказал я уже спокойнее. — Я продолжаю работу над «Хранилищем». Вы с Алексом оба были правы, и мне все равно, если я пропущу срок и не получу свое наследство. Клуб больше не для этого. Мне просто нужен был пинок под зад, чтобы понять это. — Сардоническая улыбка заиграла на моих губах.
— Или два.
Во взгляде Слоан мелькнула еще одна эмоция, которую я не смог назвать, прежде чем она замаскировала ее.
— Хорошо. Нет смысла растрачивать усилия, которые ты уже приложил.
— И последнее. — Я сделал шаг ближе, не сводя с нее глаз. — Наш испытательный срок заканчивается только завтра, а значит, мы еще не закончили. Не официально.
Слоан крепче сжала ручку.
— Я уже приняла решение.
— Это не считается, когда еще есть время передумать.
Ее рот дрогнул на долю секунды, а затем сжался в прямую линию.
— Не усложняй.
В ее голосе звучала боль, и этого было достаточно, чтобы подстегнуть меня. Мне было неприятно видеть, как ей больно, но, если это означало, что я достучусь до нее, я готов был терпеть.
— Я постараюсь настолько, насколько только смогу, — яростно сказал я. — Я люблю тебя, Слоан, и если ты думаешь, что я так просто отпущу тебя, то ты ошибаешься. Я провел половину своей жизни, убегая от трудностей и выбирая легкий путь, потому что никогда не хотел ничего настолько, чтобы работать ради этого.
— Я сглотнул. — Потом я встретил тебя и наконец понял, что люди имели в виду, когда говорили, что за любовь стоит бороться. Я знаю, это звучит как клише, и если бы ты услышала это в фильме, то, скорее всего, написала бы о нем язвительную рецензию, — Слоан подавила смешок, — но я действительно так думаю. Я научился бороться за то, что важно, и в этом мире для меня нет ничего важнее тебя.
