После того, как я закончила, он зевнул, перекинул другую руку через спинку стула и бросил многозначительный взгляд на каблук моей туфли за пять тысяч долларов.
— Не могу встать, пока ты не отпустишь меня, милая.
Я не сводила с Ксавьера глаз, когда освобождала его, настороженная его внезапной покорностью.
Он поднялся со стула и уставился на меня сверху вниз, в его глазах снова появился веселый огонек. Даже когда я была в своих Jimmy Choo, он возвышался надо мной на целых три дюйма.
Я это ненавидела.
— В свою защиту скажу, что свою часть нашей сделки я выполнил, — сказал он.
— Как я уже говорил, церемония и гала-ужин — две разные вещи. Церемония закончилась, когда Эдуардо закончил свою речь, что произошло, когда уходила ты. Так что не пытайся использовать это как предлог, чтобы отказаться от нашего отпуска, — сказал Ксавьер.
— Это просто семантика.
— Возможно, — протянул он. — Но это также правда.
— А как же твое обещание не ходить по клубам, пока мы не исправим твой имидж?
— Мой имидж был исправлен.
Уже несколько недель обо мне не было ни одной плохой статьи, — глаза Ксавьер заблестели от смеха. — Ты так и не объяснила, что такое «исправленный имидж», Луна. Не моя вина, что у нас разные представления о том, что это значит.
Боже, он был невыносим. Еще больше раздражал тот факт, что он был прав, но я скорее сброшусь с Биг-Бена, чем признаю это.
— Просто заткнись и следуй за мной, — огрызнулась я, жалея, что у меня нет более остроумного ответа.
— Да, мэм, — на его щеках появились ямочки.
— Люблю властных женщин.
Проигнорировав его сексуальный намек, я отвернулась и направилась к выходу. Ксавьер последовал за мной и ушел, не попрощавшись со своими друзьями.
Я не знала, то ли он устал спорить со мной, то ли я действительно напугала его угрозой конфуза, в чем я сомневаюсь, но причины его перемены в лице не имели значения. Единственное, что имело значение — это слушал ли он меня и держался ли он подальше от неприятностей.
— Какая история у этого браслета? — спросил он, когда мы спускались на лифте.
— Прости?
— Браслет, — Ксавьер кивнул подбородком в сторону браслета дружбы на моем запястье. — Его не было на тебе на мероприятии.
Мои мышцы напряглись. Только мои лучшие друзья знали о моих визитах к Пен, и я ни за что не добавлю его в этот круг доверенных лиц.
— Это подарок, — я не стала вдаваться в подробности.
— Хм, — тень понимания пробежала по его лицу. Для человека, который пил всю ночь, Ксавьер был потрясающе наблюдательным.
