— Итак, как чувствует себя девятилетка? — я села к ней на пол. — Ты почти перешла на двузначное число.
— Отвратительно. Скоро я буду старой, как ты… ах! — Пен разразилась истерическим хихиканьем, когда я пощекотала ее бок. — Прекрати! Извини! Извини! — она ахнула. — Ты не такая уж и старая!
— Это тебе за то, что ты меня оскорбила, — я пошутила, и, стараясь не утомить, перестала щекотать ее. Я всегда ограничивала к ней свое отношение как к обычному ребенку. Ведь, я знала, что по крайней мере с точки зрения физической выносливости она таким не была.
Два года назад у Пен был диагностирован синдром хронической усталости, или СХУ, после необычайно длительного приступа мононуклеоза. Синдром СХУ, характеризующийся, помимо прочего, крайней усталостью, проблемами со сном, болями в суставах и мышцах, не поддавался лечению. Было трудно определить причину его возникновения, хотя врачи подозревали, что это было вызвано изменением реакции ее иммунной системы на болезнь, и лучшее, что мы могли сделать, — это справиться с симптомами.
Несмотря на отсутствие одобренных FDA (прим. агентство Министерства здравоохранения и социальных служб США, занимается контролем качества пищевых продуктов, лекарственных препаратов) методов лечения, СХУ породил тысячу и одного продавца змеиного масла, которые обещали «излечение» с помощью специальных витаминов, антиретровирусных препаратов и других «чудодейственных» лекарств. Родители Пен спустили кучу денег на ветер, пытаясь найти хоть что-то, что сработает.
Ничего не получалось, так что в конце концов они сдались и просто запихнули ее в дом, где им не нужно было думать о ней.
К счастью, у Пен был СХУ легкой степени тяжести, поэтому она могла выполнять повседневные действия лучше, чем пациенты с более тяжелыми случаями, но она не могла заниматься спортом, как ей хотелось, или посещать школу, как ее сверстники. В худшие дни ей было трудно ходить. Сейчас она занималась на дому, и Рея оставалась с ней почти круглосуточно на случай, если она упадет.
"
"— Я кое-что приготовила для тебя, — Пен казалась запыхавшейся, но мое беспокойство улеглось, когда она подошла к кофейному столику и вернулась, не сбившись с ритма. В моем горле образовался комок. Это был прекрасный день. Она заслужила хороший день рождения. — Это браслет дружбы. — Она осторожно положила украшение мне на ладонь. — У меня есть похожий. Видишь?
На браслете из бисера было просто пять сердечек. У нее были розовые, у меня голубые.
