Считай свои последние минуты, Осень.
Белые шелковые крылья хорошо видны на небесной синеве. От их взмаха грязные свинцовые тучи разорвались, выпуская солнечный свет, заигравший теплыми бликами на жемчугах и бисере на платье невесты Зимы. Белая ледяная звездочка, слишком маленькая, чтобы быть принцессой, на лету обернувшись человеком, упала в снег, рассеяв по снегу лебединые перья.
— Я согласна! — отчаянно крикнула Снеженика, поднимаясь из сугроба, отряхивая колючий снег, набившийся ей в косы и в одежду.
— Я согласна разделить с тобой твою вечность, Король Зимы! Забери меня! Я не дам тебе умереть, никогда! Только не ты… только не ты!..
По бледным губам Дерека скользнула улыбка, синяя звезда на его посохе вспыхнула ослепительно ярко, на белые холодные щеки медленно вернулся румянец. Снеженика, путаясь в длинном платье, неслась к нему через сугробы, протягивая руки, будто боялась, что он упадет, и хотела успеть поддержать его.
Но Дерек не упал. Его холодные замерзшие пальцы разомкнулись и снова сжались на посохе, перехватывая его поудобнее.
Ледяной ветер покорно лег к его ногам, как послушный пес, метель с любовью соткала длинную роскошную серебряную мантию, жгучий мороз скрепил ее на плечах Дерека серебряной цепью и надел на его золотые кудри огромную, прекрасную и строгую корону Короля Зимы.
— Нет — нет — нет, — забормотала Осень, глядя, как замерзающий мальчишка превращается в ее извечного противника, как он обретает огромную силу — и как бьется его горячее сердце, оставшееся живым.
— Это нечестно! Нечестно!
Запыхавшаяся Снеженика достигла своей цели. Руки ее сомкнулись на шее Дерека, она упала ему на грудь и расплакалась, крепко зажмурившись, потому что была напугана. Ведь скажи она это мигом позже — и могла бы потерять Дерека. Просто застеснявшись, просто не решившись признаться — могла опоздать… Ее белоснежные крылья снова взметнулись над ее головой, обняли Дерека, обхватили его плечи, словно защищая от мороза и вьюги, которыми он теперь повелевал.
— Забирай меня, Король Зимы. Навсегда.
Дерек рассмеялся, рассматривая белоснежные перья, трепещущие как от испуга, и ласково провел по ним ладонью, поглаживая и успокаивая девушку.
— Ну, не плачь, — произнес он. — И не бойся. Ты же знаешь, что я тебе ничего плохого не сделаю.
— Прости меня, Дерек, — всхлипнула Снеженика, прижимаясь щекой к его серой куртке.
