– Какую?
Тристан нутром чувствовал подвох. Догадывался, что мать попросит его о том, чего он делать не захочет. Однако он готов был клятвенно пообещать, только чтобы выведать правду. Чтобы положить конец злодеяниям Артура."
"– Когда все раскроется, Артура приговорят к смерти. Я не могу этого допустить. Поклянись, что поможешь ему избежать казни.
Тристан недоверчиво приподнял бровь.
В этот момент полено в камине громко треснуло, и Мари испуганно вздрогнула. Нервно озираясь по сторонам, она пригладила дрожащими пальцами растрепавшиеся волосы.
Такая рассеянная, напуганная, сломленная скорбью, неимоверно уставшая. Тристан мог бы манипулировать ею, как ему заблагорассудится.
– Ты понимаешь, о чем просишь? Он чуть не убил Рэндалла. Травил родного отца. Отдал приказ убить младшего брата. Твоего сына! А ты просишь помочь ему избежать казни? Мама, ты вообще себя слышишь?
Она приложила ладони к щекам, размазывая слезы.
– Я никогда не прощу Артура за Уилла. За моего солнечного мальчика.
– Она издала булькающий звук, пытаясь подавить жалобный всхлип. – Но Артур тоже мой сын. Я никому из своих детей не желаю смерти. Прошу, поклянись, что поможешь ему. Поклянись!
Тристан покачал головой и горько усмехнулся:
– Хорошо, мама, я помогу Артуру. Но ты должна знать: пока он жив – даже если будет в ссылке на Безымянных островах, – ни мне, ни Калебу, ни Арону не видать покоя. Он не остановится, пока не заполучит трон или не умрет. Ты понимаешь это?
– Понимаю. Но я верю, что он одумается.
Верю, что отыщет в себе свет.
– Вот поэтому я не хочу детей, – выдохнул Тристан.
– Что?
– Ничего, матушка. – Он взял ее руки, поднес к губам и поцеловал холодные пальцы.
Мари расплакалась пуще прежнего.
– Прости меня, сынок. Пожалуйста, прости.
– Все хорошо, мама. Я помогу Артуру. Обещаю. Только скажи, где он прячет отца.
Она судорожно вздохнула, пытаясь взять себя в руки.
– Алана прячут в Аталасе. Это все, что мне известно. Ты должен найти его. Только он сможет положить конец этому безумию, если при всех советниках объявит преемником Арона.
Тристан кивнул.
– Тебе пора уходить. Никто не должен застать нас вместе, иначе Артур что-нибудь заподозрит.
Мари кивнула и встала с дивана. Тристан проводил ее до выхода, но у двери она замялась.
– Что такое, мама? – с подозрением спросил он.
Мари улыбнулась сквозь слезы.
– Я горжусь тобой, Тристан. Даже без гильдии ты достоин уважения и родительской гордости.
